Читаем Дракоморте [СИ] полностью

Сегодня у дракона под лопатками зудело особенно настырно, тело требовало немедленно проверить собственную силу, броситься в небо, вскарабкаться на самое высокое дерево, уплыть за горизонт, сделать подкоп… куда-нибудь. Дракон напевал тревожные обрывочные мотивчики, лазил по крышам навесов под предлогом «проверить крепления, а то эти верёвки какие-то разлохмаченные», один раз едва не сверзился, дважды занозил ладонь и действительно обнаружил некоторое количество основательно «гуляющих» креплений. Срезал старые верёвки и намотал новые с таким рвением, что опорные столбики, кажется, придушенно хрипели, когда дракон уходил.

— Некоторые считают, что жизни придают смысл исключительно великие моменты, которые приходят в сиянии света! — надрывно заливался откуда-то Кастьон. — Но воин-мудрец говорил, что великие моменты приходят неузнанными, завёрнутыми в одежды повседневности!

— А некоторые считают, что Кастьону будет к лицу кляп! — поделился Илидор с солнцем, благостно сияющим в вышине.

С самого утра за драконом, аккуратно выдерживая дистанцию шагов в пятнадцать, следовали три юные девицы-котули, при этом двигались как-то боком и слегка гарцуя, словно помешанные лошади. У Илидора не было уверенности, что девицы дружелюбны.

К середине дня следом за девицами-котулями стал таскаться молодой котуль. Девушки держались на расстоянии от Илидора, а котуль держался на расстоянии от девушек и тоже наблюдал за драконом, причём у него вид у котуля был очень мрачный. Илидор с трудом сдерживался, чтобы не подойти и не набить его кислое лицо просто для того, чтобы дать лицу повод быть кислым, и невольно продолжал выступать во главе этой безумной растянувшейся на полпосёлка гусеницы, и сам не заметил, как в его напевы влилось низкое злое порыкивание. Девиц это почему-то очень взбудоражило, и дракон стал немного понимать, что ощущают мыши, на которых смотрят кошки.

— Взъерошенный ты какой-то, котёноче-ук, — заворковала Яи, пожилая котуля, которая разносила по поселению еду. — Может, тебе ещё одну одеялку принести? Или рыбки варёненькой? Ну идём, идём, котёночек, поможешь бабулечке, я тебе сказочку скажу, ты и повеселеешь!

Илидор охотно внял просьбе о помощи и обрадовался компании. Пожилая котуля Яи казалась куда более безопасной, чем юные девицы-котули и их сумрачный соглядатай, а истории старухи обещали новые дивные открытия. Пусть даже это будут глупые байки — они хотя бы развлекут дракона и позволят лучше понять этих странненьких кото-людей. Во всяком случае, по наблюдениям Илидора, драконы, эльфы и гномы придумывали байки именно для этого: объяснить, где находится их место в мире, причём объяснить для начала друг другу, а потом уже всем прочим, — и засунуть в историю какую-нибудь хитрость или умность, поскольку никто не станет дослушивать байку без хитрости или умности.

Яи отвела Илидора под просторный навес — в местную кухню. На пороге котуля натянула на голову полотняную шапочку с прорезями для ушей — видимо, чтобы шерсть не попадала в еду. Хотя она всё равно попадала.

Под навесом пахло варёной рыбой, варёными тряпками и тёплой от солнца шерстью. Пожилая котуля Яи наполняла это место уютом и какой-то осмысленностью, само присутствие Яи в этом месте как будто уже было достаточным основанием для его существования. При этом кругленькая, с пушистой серой шерстью на голове и боках, в лёгком бордовом платье-накидке Яи всецело властвовала над этим пространством, она с удивительной плавной грацией порхала по кухне, а кухня, казалось, танцует вокруг пожилой котули. Глядя на неё, Илидор вспоминал, как пространство танцевало перед старейшим снящим ужас драконом Оссналором, с той лишь разницей, что Оссналора пространство боялось, а котуле Яи всячески желало угодить.

Под кухонным навесом оказался свой отдельный мир, миниатюрное поселение из мешков, коробок и корзин, в которых были навалены груды съедобных клубней и охапки трав. Над кувшинами и мисками, накрытыми тряпочками, вились мелкие суетные мухи. Там-сям стояли выскобленные столы, лежали ножи и ножики, топорики, двузубые длинные железяки, стопки чистых тряпочек, ухватки и ошкуренные палочки из незанозистой древесины, стояли миски, тарелки, горшки, чашки, пиалы и кастрюли. Там-сям наставлены шкафчики, при виде которых Илидор почему-то подумал про обломки стен, оставшихся после осады замка, хотя ни одной осады замка Илидор в своей жизни не видел, да и замков-то встречал не то чтобы много. Под северным краем кухни сложена большая печь, на которой, судя по набросанным сверху покрывалам, ночью спит Яи. В южной части кухни стоит открытая жаровня, такая большая, что на ней можно целиком зажарить не очень крупного дракона. В западной части кухни прямо из земли тянуло жаром и сдобно-сладким запахом — как предположил сообразительный дракон, там запекалось что-то сладкое. Возможно, пара ульев вместе с пчёлами, от котулей всего можно ожидать.