Читаем Драйв Астарты полностью

- Ни хера не верю, нет, - ответил Гэго, - Если бы исламисты хотели сказать, что это сделали они, то позвонили бы на какое-нибудь TV. А если бы исламисты не хотели признаваться, что это сделали они, то поставили бы на эту моторку мину.

- Вот-вот, - Улкерт кивнул, - А еще меня удивляет, знаешь, что? С корпуса пусковой установки «Startracker» не сбит заводской номер, и мы можем узнать, откуда она.

- Очень глупый дурак делал этот теракт, - задумчиво проворчал Гэго.

- Или очень умный говнюк, - высказал предположение Улкерт.

- Кого-то сильно-сильно подставили, - заключил Гэго, - Скажи, Берт, как быстро мы можем узнать, кто покупал на заводе dick с этим номером?

- Один день, максимум два, - ответил лейтенант.

- Я думаю, - сказал Гэго, - Тот человек, который покупал, уже умер. На него покажут пальцем. Он не сможет возразить. Все, кто надо, поверят: это сделали его друзья, да!

- Мертвые молчат… - задумчиво произнес Улкерт.

В этот момент включился динамик

- Тон-тон, Жаба, это Пчела! Проявись.

- Пчела, это Жаба, - ответил Гэго в микрофон, - что у тебя?

- Красная сигнальная ракета, - ответила Пчела (она же - Нлиа), - Запуск был прямо с поверхности океана. Примерно три мили к югу от вас. Даю маркер на ваш комп.

- Вижу маркер, Пчела, - отозвался Улкерт, - Выходит, кто-то уцелел…

…

На точке маркера, через полчаса.

То, что находилось сейчас на поверхности океана, издалека можно было принять за странную сцепку двух осветительных устройств. Одно: футуристическая настольная лампа на низкой подставке и с разрезным плоским абажуром из двух наклоненных в разные стороны металлических полуколец. Другое: верхушка оранжево-красного бумажного фонаря, вроде тех, что висят над входами китайских кафе во всем мире..

В действительности, сцепка состояла из флайера-геликоида «Paja» и надувного спасательного плота с шатром (взятого из аварийного комплекта геликоида). Более близкий взгляд на эту сцепку выделил бы пять человеческих фигур, две из которых, одетые в униформу, сидели в кабине геликоида, а трое, абсолютно голые, стояли на коленях в шатре спасательного плота. Над темным океаном звучал нестройный хор:

Te Deum laudamus

Te Dominum confiterum

Te aeternum Patrem

Omnis terra venerator...

Гэго затянулся сигаретой, и почесал макушку.

- Берт, что это за стихи они читают, а?

- Католическая молитва, - сообщил Улкерт.

- У-у… Igbekela? Колдовство? От этого не будет проблем, а?

- Не колдовство, - успокоил его лейтенант, - Просто говорят богу «Thanks».

- Почему так длинно? – подозрительно спросил штаб-сержант.

- Потому, что у католиков так принято.

Гэго фыркнул, снова затянулся, и щелчком стряхнул пепел в воду, каждым своим движением показывая, как сильно он не одобряет такое многословие в разговорах с богами. Если боги проигнорируют, то обидно: потерял время. А если они услышат столько болтовни, и начнут все подряд исполнять… Ух! Это не будет хорошо, нет.

В кармане у лейтенанта Улкерта начал гнусаво квакать woki-toki.

- Ты мне друг, но сигнал у тебя выставлен дурацкий, - сообщил штаб-сержант.

- Точно Гэго! У меня вообще дурной вкус… - лейтенант поднес трубку к уху, - Это офицер Бертон Улкерт, ВМФ Гренландии. Кто говорит?

- Привет, Бертон, как дела! - раздался в динамике оглушительно-радостный женский голос, - Это Бианка Валпао, TV-da-Gente из Форталеза, можно просто Бианка, а Папа реально у вас, там? Извини, что звоню прямо вот так, мне твой мобайл дал тот парень, который командует вашим флотом, или флотилией, короче дал. Так, Папа у вас?

- Да, - лаконично ответил Улкерт, пытаясь синхронизироваться с бешеным темпом, в котором эта девушка выстреливала слова.

- А! Классно! Мне правильно сказали! Алло, Бертон, а что он делает? Извини, что я наезжаю, но на телестудии блин, оборвали, на хрен, все телефоны, это же наш Папа! Алло, Бертон, ты меня слушаешь? Так, что он делает?

- Он, кажется, закончил молиться и общается со своим пилотом и со штурманом.

- О! Бертон, а ты можешь как-то подсунуть ему трубку? Это чертовски важно!

- Ну, Бианка, если это реально так чертовски важно, как ты говоришь…

- Реально-реально! Даже больше, чем чертовски! – заверила она.

- ОК, Бианка. Понял тебя. Я попробую…

Улкерт бросил взгляд на Климента XV, который стоял на спасательном плоту в пяти шагах, в пол-оборота к нему. Ноги Папы были широко расставлены, крепкие кулаки уперты в бока. Картина маслом: Командир спецотряда фронтовой разведки Хавер де Гамбоа дает наставление молодым бойцам. Бойцы слушают, и даже рты раскрыли от усердия, хотя по глазам видно, что они замучены до готовности заснуть стоя.

В этот момент Папа, видимо, тоже пришел к выводу, что эти два парня уже с трудом воспринимают его слова, и заключил наставление гуманным приказом:

- Теперь, так, мальчики. Вскройте пищевые пакеты, и сожрите. Но не глотайте, как аллигаторы, а прожуйте, не забывая запивать. Это для правильного усвоения. Когда сожрете, то разложите спальные мешки, и отбой. Вопросы есть?

- А вы, дон Хавер? – осторожно спросил пилот Аркандэ.

- Мне работать надо, - буркнул Папа.