Читаем Драйв Астарты полностью

- Послушайте… - начал Пьер Арше.

Гастон Дюги выразительно выпучил глаза, и прижал палец к губам.

- Тс! Иногда лучше молчать, чем говорить, как учит нас Лао Цзы. Я сделал оговорку: «представим». Представим, а не обсудим, это разница. Я не стремлюсь к спору о роли католицизма в истории Франции. Я атеист, но я отношусь с симпатией к католическим обрядам и праздникам. И мне становится так неуютно, когда эти милые трогательные праздники соприкасаются с политикой. Политика, как известно, грязное дело и очень прилипчивое. Если кто-то объясняет разницу между французом и франко-креолом, и привлекает для этого католицизм, то мне становится неспокойно, вы понимаете?

- Понимаю, - Арше с готовностью кивнул, - Это действительно сложная тема и…

- …Очень многогранная, - добавил Филибер, - я понял вашу мысль, коллега Гастон.

- Да, - подхватил Арше, - Слишком многогранная для Новогоднего вечера.

- Коллега Гастон показал, - продолжил Филибер, - что блестяще владеет риторикой и философией, но сейчас, по-моему, важнее, что он также блестяще владеет банджо.

- Вам уже наябедничали? – весело поинтересовался Дюги.

- Нет, просто прошел слух… Так, вы сыграете?

- Я могу попробовать, если здесь найдется банджо…

…

Короткая ироничная пикировка перешла в обсуждение музыкальной программы, и до самой полуночи, а потом еще примерно час, в Таверне «Галлия» царило искреннее, не замутненное серьезными темами, веселье. Около часа ночи все начали расходиться.

Уже на улице, Лианелла, поймав момент, вклинилась между Доминикой и Гастоном и громким шепотом объявила.

- Я, кстати, догадывалась, а сегодня вы спалились. Нет больше смысла шифроваться.

- Ну, ты совсем отбилась от рук… - начала Доминика.

- Мама, я же хочу, как лучше. Мы бы могли все пойти к нам, Новогодняя ночь…

- Мм… - Доминика повернулась к Дюги, - Ты как?

- С удовольствием, - ответил он, - Я даже могу сварить кофе.

- Я отползу спать в мансарду, - добавила Лианелла, - так что вы можете легко…

- Черт! – Доминика хлопнула себя ладонями по бедрам. - Ты точно отбилась от рук.

- Но мама, я просто собираюсь поспать сегодня в мансарде. Можно?

- Можно. Только не надо давать советы и комментарии, договорились?

- Договорились! Я вообще буду белой и пушистой, как ангорский кролик-альбинос.

Играть кролика-альбиноса у Лианеллы не очень получалось. Когда все трое пришли домой, и Доминика отправилась под душ сполоснуться, а Дюги занялся варкой кофе, девушка тут же использовала возможность пообщаться.

- Гастон, а ты классно меня отмазал на счет французов и франко-креолов! Мерси!

- Никаких проблем, принцесса. Это долг каждого странствующего рыцаря.

- Ты тоже прикалываешься на счет принцессы? – спросила она.

- Справедливо прикалываюсь, - уточнил Дюги, - Между прочим, мы с твоей мамой перенервничали, увидев по TV твое папуасское шоу из японского мультфильма.

- Ну, ладно… - она вздохнула, - я не обижаюсь. А расскажи, как ты так лихо заткнул Филибера и Арше? Я вообще не поняла, как это получилось.

- Есть в риторике такая хитрость, - ответил он, - Когда против тебя двое оппонентов, обязательно найдется что-то, в чем они расходятся. Вот в эту точку и надо бить.

- Но они же оба католические фанаты, - заметила Лианелла.

- Верно. Но, Клод Филибер играет за французских католических ура-патриотов, а Пьер Арше работает и на ESA и на Папскую академию, поэтому, играет не за ура-патриотов французского католицизма, а за агрессивную команду Ватикана. Дальше все просто: я намекнул, что могу откопать топор войны между ними, закопанный не так глубоко.

Лианелла задумчиво почесала кончик носа.

- Это что-то, что было сто лет назад?

- Правильно. И если ты хорошо учила историю, то легко найдешь этот топор.

- Гастон, так не честно! Ты обещал мне рассказать, а вместо этого спрашиваешь, как я учусь! И мама так делает! Мир полон несправедливости! Знаешь, как тяжело учиться? Я после 7-го класса парижской школы попала тут в подготовительный класс Колледжа-Политехника, где все по-другому! Все предметы другие!! А истории вообще нет!!!

- Что за плач Кримгильды из саги о нибелунгах? – вмешалась Доминика, появляясь из ванной в тонком золотистом халатике, - опять жалобы на загруженность в колледже?

- Мама! Я просто объясняю Гастону, что тут в колледже нет истории.

- Но есть экоистория, не правда ли? А почему, кстати, разговор именно об истории?

- Это я виноват, - сообщил Дюги, - я начал рассказывать, что произошло около ста лет назад между французскими католиками-патриотами и римской штаб-квартирой.

- В смысле, во время Второй мировой войны? – уточнила Доминика.

- А! - воскликнула Лианелла, - Во Франции католики были за национал-социалистов, а Римский Папа тогда был за английских пуритан и исламских фундаменталистов!

Доминика тихо застонала и медленно опустилась на табуретку.

- О, Боже! О, боги Галлии, Олимпа и Океании! Где ты этого нахваталась?

- Мама, я что, очень сильно перепутала?