Читаем Драйв Астарты полностью

Древняя бытовая магия утафоа - штука простая, но очень действенная. Она, и правда, улучшает кровообращение, поднимает тонус, и все такое... «Все такое» не замедлило начаться. После танца, когда дошло дело до приготовления рыбы (которым, конечно, руководил Эсао Дарэ) число людей у костра вдруг резко сократилось, а из темноты, послышались характерные звуки, указывающие на то, что с тонусом все прекрасно. В какой-то момент, Оскэ и Флер (уже справившиеся с задачей) приняли вахту у Эсао и Стэли – тех неудержимо потянуло в сторону зеленых насаждений. Кхмеры тоже, без особого шума, растворялись в темноте, и возвращались - сначала Кхеу Саон с Ирэн, следом за ними - Даом Вад с Одит… Вот такая получилась дельфинья песенка.

…

18. Великий пират Джек Спарроу и его клуб.

Дата/Время: 27-28.04.24 года Хартии.

Риф Лихоу.

=======================================

Леон Гарсиа глянул на экран ноутбука, а затем вперед и вниз, сквозь прозрачную оболочку зорба, на океан, расстилающийся в трех тысячах метрах под ними.

- Значит, Оо, как я понимаю, из трех пупырышков, самый правый…

- Каких, в жопу, пупырышков? – отреагировала она, - Ты нормально скажи!

- Зеленых, мать их, пупырышков, круглых, а не тех длинных хреновин, которые еще правее. Короче, нужен маленький пупырышек, который ближе всего к хреновинам.

- Теперь понятно, - Оо облегченно вздохнула, - Ты, блин, так бы сразу и сказал.

- Я, блин, сразу так и сказал.

- Нет, блин, ты сказал, что их три, а на хер нам нужны остальные два?

- Ни на хер не нужны. Я просто думал, солнышко мое, что вдруг тебе интересно.

- Ты хороший, заботливый. Да, мне интересно, но потом. Типа, я же сейчас рулю…

Крылатый зорб ушел в длинное пике с разворотом. Океан наклонился и начал лениво вращаться вместе с солнцем в небе, одновременно приближаясь. На его поверхности стали видны пологие волны, а зеленый пупырышек, окаймленный зеленовато-белой полосой, превратился в миниатюрный островок, похожий на футбольное поле, где по ошибке, вместо травы высадили колючий кустарник, а окружающую разминочную дорожку щедро завалили песком и гравием. Как и положено футбольному полю, этот островок был разделен белой полосой на левую и правую половину. В каждой из них стояла блестящая металлическая конструкция, похожая, впрочем, не на футбольные ворота, а на боевой треножник марсиан из модерновой экранизации «Войны миров» Герберта Уэллса. На беговую дорожку были вытащены два маленьких катера, один гидроплан – тоже маленький, и парусный катамаран с ярко-синими поплавками.

- Лево-право? – спросила Оо.

- Лево, - ответил Леон.

Через четверть минуты крылатый зорб шлепнул своим надувным пузом по воде, прокатился до берега, и выехал на песок, левее разделительной линии. Тут же в ближайшем марсианском треножнике открылся овальный люк и на поле скатился кругленький рыжеволосый и дочерна загорелый парень лет чуть меньше 30.

- Hi! Salute! Aloha! Меня звать Уаго Джаггер, а вы – Леон Гарсиа и Оо Нопи. Ya?

- Iaora! – ответила Оо, - Натурально, это мы. Прикольный у тебя островок.

- Ну так! – обрадовался Уаго, - Трегросс-Ист-Даймонд это форпост австралийской народной дипломатии!

- Чего? – переспросил Леон.

- Того! Вон там, - Уаго махнул рукой на восток, - В двадцати милях, уже Лихоу-риф, спорная акватория Меганезии. А тут фронтир западной, греб ее, демократии. Вот!

- Граница на замке? – поинтересовалась Оо.

- Границу уже лет пятнадцать не знают, где проводить, - проинформировал он, - Раз в полгода сходятся наши и меганезийские вояки на боевых корытах, и начинают что-то мерить. Дня три меряют, а потом отваливают на Большой Барьерный Риф, пить пиво. Помоги им бог и дальше заниматься этим добрым делом, и никогда его не закончить, потому что, пока здесь точно Австралия, а Лихоу еще, как бы, не совсем Меганезия, таможни нет нигде. Вы ребята тертые, и не хуже меня знаете, что это значит.

Леон погладил широкой лапой свой стриженый затылок.

- Круто! А почему тут до сих пор не проторена великая конопляная тропа?

- Ну… - Уаго пожал плечами, - …Полиция Квинсленда попросила, чтобы мы тут не слишком офигевали в атаке. В смысле, чтобы знали меру.

- Прикольно, - сказала Оо, - тропа ганджубаса это, значит, не в меру, а «Каталины» и прочие морские птицы для диктатуры пролетариата, это, значит, в меру.

- Ну да, - подтвердил Уаго, - Ты врубись, красотка, если бы пошел поток травки, то тинэйджеры от Кернса до Брисбена ходили бы укуренные, а шеф-коп получил бы по башке от избирателей. А «Каталины» - они построились, взлетели и растворились в тумане. Австралийского избирателя ни разу не гребет, что они разбомбят и где они высадят десант, ведь те места далеко-далеко от нашего демократического берега.

- А что, кроме «Каталин», у вас на прилавке? – спросил Леон.

- Ну так все посмотрим! Сейчас хлопнем по глотку за береговое братство, а потом метнемся на Лихоу, где Большой Дик отдыхает на киче. Он вам покажет, и что на прилавке, и что под прилавком. Мы для друзей что хочешь соберем, только плати!

С этими словами Уаго извлек из бокового кармана куртки плоскую бутылку джина и протянул ее Оо.