Читаем Драйв Астарты полностью

- Им дали анкету с полутора тысячами вопросов, - уточнил экс-полковник, - По их правилам, на каждый вопрос надо было отвечать «да» или «нет», и только в самых крайних случаях – «не знаю». Все шестеро наших марсиан оказались совершенно патологическими субъектами: самовлюбленными, безвольными, невротичными, агрессивными, асоциальными субъектами с сексуальными расстройствами. Двое французских психологов сообщили мне это под большим секретом. Они вообще не понимали, как такие люди оказались в марсианском экипаже, и что теперь делать.

- …И ты оказывал психологом психологическую помощь? – предположила Пепе.

Райвен Андерс утвердительно кивнул.

- Примерно так. Я пригласил обоих психологов и одного парня, который по тесту получился самым отъявленным маньяком. И мы прошлись по этой анкете. Вопрос: «Иногда я готов убить человека за его неправильное поведение». Ответ: «Да». Этот парень несколько раз был в военном патруле в горячих точках, и обязан был в ряде ситуаций стрелять в людей, ведущих себя «неправильно». Другой вопрос: «Люди, находящиеся вокруг, хотят украсть мои ценные идеи». Ответ: «Да». Для нормального канака, так и должно быть. Если у одного человека возникла ценная идея, то другие захотят попользоваться этой идеей. Но для европейского психолога, ответ «Да» на подобный вопрос указывает на два синдрома: преследования и сверхценной идеи. Следующий вопрос: «У меня были проблемы из-за моего сексуального поведения». Парень ответил: «да» - однажды он подрался в кабаке из-за девчонки, и угодил в полицию. По его логике, это проблема именно из-за сексуального поведения, хотя европейские психологи имели в виду нечто совсем иное, из их системы табу. А вот наиболее фееричный вопрос: «У меня бывали такие провалы в сознании, когда мои действия были прерваны, и я не понимал, что происходит вокруг меня». И парень абсолютно честно отвечает: «Да», поскольку один раз неудачно приземлился после прыжка с парашютом, а другой раз получил легкую контузию от взрыва мины. Но психологи поняли это так, что он (с учетом предыдущего) полный психопат.

- И как? - спросила Пепе, - Психологи смогли адаптироваться к нашей психологии?

- Не знаю, - ответил Андерс, - Но они больше не пристают ко мне с этой ерундой.

- Хм…А кто реально занимается психологической совместимостью экипажей?

- Я, – лаконично ответил он.

…

13. Красное солнце, черная свастика.

Дата/Время: 05.08.24 года Хартии.

Фиджи-Ротума. Хауаити и Матуса

=======================================

В полумиле от яхт-харбора Оинафа на северно-восточном берегу Ротума (крайнего северного острова округа Фиджи), лежат два миниатюрных островка: Хауануи (принадлежащий нативным утафоа из клана Атоаэ) и Хауаити (арендованный без ограничения срока гражданином Хагеном Клейном). Ширина пролива между этими островками - всего сто метров, так что у 16-летней Эуни Атоаэ, дочери tahuna Атоаэ Эфиака, даже и мысли не возникло взять лодку. Она разделась, повесила lavalava на крючочек около входной циновки fare, застегнула на левом предплечье матерчатый браслет с woki-toki, вошла в воду, и заскользила сквозь слабые волны под углом к скалистому юго-восточному берегу Хауаити. Юная утафоа не собиралась царапать любимые пятки, лазая по скалам. Еще чего! Вот обогнуть по морю миниатюрный островок и выйти из воды с запада, у причала fare дяди Хагена, это другое дело.

- Обалдеть, какая классная девчонка! - вынесла свой вердикт Люси, наблюдая за этим заплывом с крыши-террасы кубического дома Клейна (этот дом в прошлой жизни был капониром Народного флота Конвента Меганезии, отсюда и конфигурация).

- Ты красивее, - лаконично ответил Хаген.

- Да ну… - буркнула она, и потерлась щекой о его плечо.

- Субъективный факт, - сказал он, - так что, спорить со мной не получится.

- Тогда я не буду. Слушай, а она достаточно сильная tahuna-hine?

Клейн неопределенно качнул головой туда-сюда.

- Сложный вопрос. Эфиак утверждает, что у Эуни есть akumana-te-tupuna, однако, признает, что у нее совсем мало опыта.

- Ситуация… - задумчиво произнесла Люси.

Ситуация возникла в связи с фирмой «DiproX» (Окленд, Аотеароа – Новая Зеландия), а точнее - с филиалом «DiproX» на Ротума, или, еще точнее – с Акава Фуро, директором этого филиала. Когда пришло известие, что киви продали контрольный пакет фирмы «DiproX» некой исландской кинокомпании «Scandia Screen», Акава Фуро, 28-летний иммигрант из Японии, уже 10 лет живущий на Ротума и создавший здешний филиал «DiproX» с нуля, погрузился в депрессию. Акава засел дома, и перестал выходить на работу. Джо Джитоу, второй менеджер филиала, разумеется, подменил его, но весь маленький персонал ротумского «DiproX» был обеспокоен. Акава Фуро – парень талантливый и креативный, но мягкий и тактичный. По ходу, у него психотравма. Разумеется, хотелось помочь ему, но с другой стороны, нехорошо лезть без спроса к человеку, у которого свое виденье жизни. День-другой-третий сотрудники филиала решали так и сяк, но 3-го августа пришел телекс следующего содержания: