Читаем Драйв Астарты полностью

- Нет, Ежик. Он так не мог. Не такой человек. Он начал рыть источники. Сначала – нормальные, объективно-научные. Потом – сомнительные.

- Пошел советоваться с tahuna? С колдунами? – предположил Оскэ.

- Хуже, - вздохнула Флер, - Он пошел к каким-то интеллигентам. А в Европе почти каждый интеллигент связан с христианской ортодоксией.

- Не может быть, - возразила Стэли, - Ефремов считал, что христианство это вредное учение. Нам, как католикам, это неприятно, но это факт. Он так прямо и писал.

Флер сделала несколько глотков какао и пояснила.

- Тут надо понимать психологию интеллигенции. Интеллигент обязательно найдет в обозримых окрестностях мораль из самого тухлого периода истории. В Европе это - средневековье. Если к власти в стране приходит новая генерация, то интеллигенты приползают к ней, преданно лижут ей сапоги и пытаются продать ей эту тухлятину в качестве новой супер-прогрессивной морали.

- О! – сказал Оскэ, - Я, как будто, слышу застольные лекции дяди Микки.

- Ага, - Флер кивнула, - Папа ведь был обвинителем на «процессе биоэтиков».

- Подождите, - вмешался Эсао, - как ученому-коммунисту можно продать мораль средневековья?! Скорее, кошка начнет жрать опилки!

- Можно-можно… - сказала Флер, - Мы ведь недавно болтали на эту тему. Если не провести универсальный культуроцид, то будут рецидивы. Вот и пример. Ученый-коммунист задумался на счет изменения людей, а интеллигенты тут как тут со своей тухлятиной. Возьмите, товарищ Ефремов, плоды трудов величайших нравственных мыслителей человечества. А ты удивлялся, почему у нас расстреливали педагогов и всяких прочих интеллигентов. Вот потому! В 1-м году Хартии первой задачей было выиграть войну с неоколониализмом, второй – снести его моральную надстройку, а третьей - создать у людей психологический иммунитет к этой моральной тухлятине.

Произнеся этот монолог, меганезийка допила какао и потянулась к котелку. Оскэ опередил ее, и, отняв кружку, аккуратно наполнил, заметив мимоходом.

- Ты слишком заводишься, крошка Ру.

- Этот минус - продолжение моих несомненных плюсов, - гордо ответила она.

- А как вы думаете, на самом деле, можно изменить людей? - спросила Стэли, - Не в средневековье, конечно, а в лучшую сторону?

- А которая сторона лучшая? – иронично поинтересовался Оскэ.

- Ну… - тиморка задумалась, - Вот эксперимент на тетрабублике. Там же меняют в лучшую сторону этих ребят, которых в семье воспитывали исламистами, правда?

Оскэ покачал головой, закурил сигарету и, после некоторой паузы, ответил:

- Сложный это вопрос… Сложный и неприятный. Можно было бы отговориться, что, типа, это особый случай: исламская мораль по-любому должна быть стерта. Даже в случае, если приходится для этого слегка травмировать мозги юного организма. Но я предпочитаю сказать прямо: я не уверен, что такие фокусы допустимы по Хартии.

- И я не уверена, - эхом отозвалась Флер.

- Ладно, пусть это неудачный пример, - сказала Стэли, - А Элаусестере? Там-то люди получаются… Не знаю, как сказать. Не зря же именно они в «Диогеновых бочках»?

- Элаусестерцы, - произнес Оскэ, - Это наши космические конкистадоры. Они почти идеально готовы к завоеванию космоса, но им очень тяжело в повседневной жизни.

Стэли снова задумалась и очень нерешительно предположила:

- Может быть, это потому, что повседневная жизнь неправильно устроена?

- Ты думаешь, что надо перестроить все по тамошнему образцу? – уточнила Флер.

- Не знаю… Я просто спросила.

- Хм… - Флер повернулась к Оскэ, - Слушай, Ежик, а мы потянем свозить ребят на Элаусестере? Где-нибудь в июле, а? Эсао уже вернется с Парижского фестиваля…

- ОК, - Оскэ кивнул, - Только сообразим, как дешево добросить их на Фангатауфа…

- Ребята, вы что, серьезно!? – спросил пораженный Эсао, - Это прекрасно, но, честно говоря, неудобно, что вы будете так напрягаться из-за…

- Кто тебе сказал, что мы будем напрягаться? – переспросила Флер, - Мы все равно окажемся в середине лета на Муруроа и Фангатауфа. Там начинается инженерно-строительный бум из-за космодрома. Типа, табаш. Оттуда до Элаусестере два шага.

- Мы морские номады, - весело добавил Оскэ, - мы кочуем за табунами заказчиков и прочей промысловой рыбы. А напрягаться не надо. Поэтому, давайте уже спать.

27. Судебное дело о райском саде.

Дата/Время: 06.05.24 года Хартии.

Ист-Кирибати. Киритимати.

=======================================

Перейти на страницу:

Похожие книги

Укрытие. Книга 2. Смена
Укрытие. Книга 2. Смена

С чего все начиналось.Год 2049-й, Вашингтон, округ Колумбия. Пол Турман, сенатор, приглашает молодого конгрессмена Дональда Кини, архитектора по образованию, для участия в специальном проекте под условным названием КЛУ (Комплекс по локализации и утилизации). Суть проекта – создание подземного хранилища для ядерных и токсичных отходов, а Дональду поручается спроектировать бункер-укрытие для обслуживающего персонала объекта.Год 2052-й, округ Фултон, штат Джорджия. Проект завершен. И словно бы как кульминация к его завершению, Америку накрывает серия ядерных ударов. Турман, Дональд и другие избранные представители американского общества перемещаются в обустроенное укрытие. Тутто Кини и открывается суровая и страшная истина: КЛУ был всего лишь завесой для всемирной операции «Пятьдесят», цель которой – сохранить часть человечества в случае ядерной катастрофы. А цифра 50 означает количество возведенных укрытий, управляемых из командного центра укрытия № 1.Чем все это продолжилось? Год 2212-й и далее, по 2345-й включительно. Убежища, одно за другим, выходят из подчинения главному. Восстание следует за восстанием, и каждое жестоко подавляется активацией ядовитого газа дистанционно.Чем все это закончится? Неизвестно. В мае 2023 года состоялась премьера первого сезона телесериала «Укрытие», снятого по роману Хауи (режиссеры Адам Бернштейн и Мортен Тильдум по сценарию Грэма Йоста). Сериал пользовался огромной популярностью, получил высокие рейтинги и уже продлен на второй и третий сезоны.Ранее книга выходила под названием «Бункер. Смена».

Хью Хауи

Научная Фантастика / Социально-психологическая фантастика
1984. Скотный двор
1984. Скотный двор

Роман «1984» об опасности тоталитаризма стал одной из самых известных антиутопий XX века, которая стоит в одном ряду с «Мы» Замятина, «О дивный новый мир» Хаксли и «451° по Фаренгейту» Брэдбери.Что будет, если в правящих кругах распространятся идеи фашизма и диктатуры? Каким станет общественный уклад, если власть потребует неуклонного подчинения? К какой катастрофе приведет подобный режим?Повесть-притча «Скотный двор» полна острого сарказма и политической сатиры. Обитатели фермы олицетворяют самые ужасные людские пороки, а сама ферма становится символом тоталитарного общества. Как будут существовать в таком обществе его обитатели – животные, которых поведут на бойню?

Джордж Оруэлл

Классический детектив / Классическая проза / Прочее / Социально-психологическая фантастика / Классическая литература