Читаем Драгоценный дар полностью

Лучше не думать об этом. Есть такая вещь, как конфиденциальность в отношениях между адвокатом и клиентом. Даже если Бакстер откровенно признается, что он совершал махинации — чего он, конечно, не сделает, — они не смогут использовать его признание против него. Поэтому Рафф не смог ответить на вопросы Филипа. И государственный обвинитель не задавал надлежащие вопросы Бакстеру.

Возможно, судебный процесс продлится еще несколько дней, но уже к обеденному перерыву никто не сомневался в исходе дела.

В двенадцать часов участники процесса встали со своих мест. Зал суда опустел.

— Может быть, ты поедешь домой и наденешь другой пиджак? — сказал Филип. — Я отвезу Уолласа на ланч.

Эбби не готова была сейчас сказать Филипу о Клеппи. С чего начать? И ей совсем не хотелось обедать вместе с Уолласом. У нее возникало чувство, что она пачкает себя, общаясь с ним.

— Поезжай, — кивнула она.

Филип ушел вслед за чопорным Уолласом. Эбби почувствовала непреодолимое желание поговорить с прокурором, убедить его действовать более жестко.

Но у нее были всего лишь подозрения. Никаких доказательств.

— Спасибо за то, что ты взяла Клеппи. — За спиной внезапно возник Рафф, заставив ее подскочить на месте. Сердце ее бешено застучало, как всегда, когда она слышала его голос. Она повернулась к нему и увидела, что он улыбается ей. — Прости меня, Эбби. Мне было тяжело просить тебя об этом, но другого выбора не было.

— Да, слишком тяжело, — прошептала она.

Государственный обвинитель ушел на обед. Если она хочет поговорить с ним… Но ведь она — сторона защиты! О чем она думает?

— Эй, ведь ты очень сильный человек! — Рафф направился в дальний конец зала, где стояли Берта и Гвен Макервейл. Они рылись в сумке, доставая свои сэндвичи. — Не то что Макервейлы. Они очень мягкие люди — как и многие, с которыми я общался по этому делу. Они потеряли свой дом, а ты по-прежнему защищаешь Уолласа!

— Рафф, это неуместный разговор. Я адвокат. И ты прекрасно знаешь, в чем заключается моя работа.

— Ты не должна это делать. Ты гораздо выше этого, Эбби.

— Нет.

— Ну… — Он пожал плечами. — Пойду куплю себе гамбургер. Увидимся позже.

«Угу. Наверное, мне не надо было спешить. Точно не надо. Но сейчас возникла пауза…»

— Ты не можешь взять себе еще одну собаку? — с трудом выговорила она, и Рафф застыл на месте.

— Еще одну…

— Я не могу, — прошептала она. — Не могу. Он все еще жив, Рафф, он… он смотрел на меня.

— Он смотрел на тебя? — Рафф взглянул на нее так, словно она прилетела с Марса.

— Я не могла отдать его усыпить.

Рафф положил документы на ближайший стул, не сводя с нее глаз.

Эбби не смотрела на него. Она смотрела на свои туфли. Хорошие черные туфли. Возможно, на слишком высоких каблуках. Низкие каблуки, наверное, были бы лучше… У одной туфли был запачкан мысок. Эбби хотела наклониться, чтобы вытереть грязь, но раздумала.

Молчание затянулось.

— Ты взяла себе Клеппи? — спросил он наконец.

Она покачала головой:

— Я… Не думаю, что это возможно. И поэтому спрашиваю тебя, можешь ли ты взять его? Фред сказал, что у тебя полно живности в доме. И еще одна собака… не причинила бы тебе много беспокойства. Я могла бы платить тебе за его содержание.

— Фред предложил тебе… — с изумлением вымолвил Рафф.

— Нет, не предложил, — поправила его она. — Это я сама решила…

— Отдать его мне?

— Да, — прошептала Эбби, и ей показалось, что ей снова восемь лет. Голос ее был жалким.

— Нет! — сказал он.

Тогда она взглянула на него. Рафф Финн был выше ее на полголовы. Он был слишком большой. Слишком мужественный. И он был слишком зол.

— Н-н-нет?

— Нет! — На лице его отразились недоверие и ярость. — Не могу поверить в это. Ты решила судьбу пса в надежде, что я возьму его?!

— Нет, я…

— Ты знаешь, каким он был несчастным?

— Именно поэтому я…

— Решила отдать его мне. Спасибо, Эбби, не надо.

— Но…

— Я не мягкий человек.

— У тебя столько животных!

— Потому что Сара любит их. Ты знаешь, сколько стоит их прокормить? Но я ничего не могу поделать, потому что Сара дрожит над каждым. Но у тебя ничего не получится, Эбби. Я не пойду у тебя на поводу. Если ты спасла Клеппи, тогда бери его себе.

— Я не могу…

— Я тоже не могу. Ты сама приняла решение и сама разбирайся. — Голос его был твердым и мрачным, а гнев — почти осязаемым. — Мне надо идти. Я сегодня не завтракал и не собираюсь пропускать обед. Встречаемся в зале суда в час дня. — Рафф повернулся и направился к двери.

— Рафф?

Он остановился, не оглянувшись назад:

— Что?

— Рафф, я очень сожалею, — сказала она. — Это была просто нелепая надежда, но решение спасти Клеппи принадлежало только мне. Я попросила тебя взять его, желая легко отделаться, но больше просить не буду. Просто хочу сказать, что, если я беру его к себе… Я ничего не знаю о собаках. Фред посоветовал мне обратиться к тебе за помощью. Он сказал, ты посоветуешь мне, что надо купить. Поэтому, пожалуйста… Скажи, что мне купить. После работы мне надо заняться приготовлениями к свадьбе, поэтому в зоомагазин я пойду сейчас.

Теперь он повернулся к ней, и лицо его выражало недоверие.

— Ты возьмешь себе Клеппи?