Читаем Драгоценный дар полностью

Рафф уже не пытался руководить миссис Форд. Он сам стал толкать ее автомобиль, одновременно крутя руль, и машина медленно двигалась к обочине.

— Что ты не можешь?! — крикнул он в ответ.

— Я не могу отвезти эту собаку!

— Генриетта сказала, что с ним все в порядке, — бросил Рафф. — Она поймала только его одного. И теперь пытается поймать других. Давай, Эбби, сейчас дорога свободна, разве тебе трудно? Просто отвези его в ветклинику, и все.

— Мне нужно быть в суде через десять минут.

— И мне тоже. — Рафф еще на несколько ярдов продвинул автомобиль миссис Форд, затем передохнул. — Если ты думаешь, что я потратил годы, чтобы посадить Уолласа Бакстера за решетку, лишь для того, чтобы ты и твой самодовольный бойфренд вытащили его, потому что я не могу…

— Прекрати, Рафф! Филип не самодовольный, — резко возразила Эбби. — И он не мой бойфренд. Ты знаешь, что он мой жених.

— Хорошо, пусть твой жених. Но он самодовольный! Клянусь, он сидит сейчас в зале суда, в превосходном костюме и шелковом галстуке, а я приду туда с грязными руками. На стороне обвинения — я и мое личное время, которое я потратил на это дело. На стороне защиты — ты и Филип, а также хорошо оплаченные Бакстером недели подготовки к суду. Два адвоката против одного полицейского.

— Но там будет государственный обвинитель…

— Которому восемьдесят лет. Он спит, а не слушает дело. И всем заранее все понятно, даже если ты не хочешь признаваться в этом. Но я приеду туда, нравится тебе это или нет! А ты отвезешь собаку в ветклинику.

— Ты просто хочешь, чтобы я не доехала до суда!

— Я хочу, чтобы ты отвезла собаку, потому что больше это некому сделать, — бросил он. — Твой автомобиль — единственный, который не пострадал. Я позвоню судье Везерби и попрошу его отложить заседание на полчаса. И тогда мы — ты и я — приедем вовремя. Поезжай к ветеринару и возвращайся обратно.

— Но я не умею обращаться с собаками! — взмолилась Эбби. — Рафф…

— Ты боишься запачкать одежду?

— Дело не в этом. То есть не только в этом. Просто… Я не представляю, что мне с ним делать. Я имею в виду… А что, если он меня укусит?

Рафф вздохнул.

— Пес не кусается, — сказал он, обращаясь к Эбби таким тоном, словно она снова была восьмилетней девочкой. — Он лапочка. Его зовут Клеппи. Это керн-терьер Исаака Абрахама. Собаку везли в клинику на усыпление. Посади его на пассажирское сиденье, довези до клиники, и Фред заберет его у тебя. Все, что я прошу, — это отвезти собаку.

Было прекрасное утро, стрелки часов показывали без десяти одиннадцать. Солнце ласково грело лицо Эбби. За портом Бэнкси-Бей мерцало море, за городом возвышались горы, окутанные легкой осенней дымкой. Автомобильные гудки и рев моторов затихли, когда Рафф наконец навел порядок на дороге.

Эбби стояла неподвижно, с собакой на руках, и слова Раффа эхом раздавались в ее голове: «Это кернтерьер Исаака Абрахама. Собаку везли в клинику на усыпление».

Она знает Исаака, или, точнее, знала его. Пожилой человек жил в миле от города, на Черной горе, куда… куда она больше никогда не приедет. Исаак умер шесть недель назад, и к Эбби в офис пару раз приходила его дочь, которая оформляла наследство. Дочь была деловой, энергичной женщиной, она детально вникала во все тонкости, касающиеся имущества отца, но о собаке не было и речи…

— Ты можешь убрать свою машину с дороги? — сказал ей Рафф. — Ты перекрываешь движение.

Она перекрывает движение? Оглянувшись вокруг, Эбби поняла, что так оно и было. Неким магическим способом Рафф переставил все машины, попавшие в аварию, к обочине дороги. Он приказывал, а люди повиновались. Таким был Рафф. Прибыло несколько эвакуаторов, но дорога уже была расчищена.

Проблем не было. Все, что ей оставалось делать, — это сесть в машину, вместе с собакой, и отправиться в ветклинику.

Но… отвезти собаку, чтобы ее усыпили?

— Пусть это сделает Генриетта, — сказала Эбби, оглядываясь в поисках леди, которая, как ей было известно, возглавляла приют для домашних животных.

— Генриетта перевозила целый грузовик с собаками, и теперь ей надо разыскивать их, — отрывисто сказал Рафф.

— Но ведь у нее есть приют…

— И что?..

— Значит, этого песика надо отправить туда. Но не усыплять же!

Лицо Раффа отвердело. Эбби знала это выражение. Жизнь у Раффа не была легкой, она тоже это знала. И если он даже не хотел чего-то делать, все равно делал то, что было нужно.

— Эбби, я знаю эту собаку, давно ее знаю. — Тон его вдруг стал ледяным. — Я привез этого пса в приют для животных в тот день, когда умер Исаак. Дочь не захотела взять собаку к себе, и никто не захотел. Единственный человек, который любит этого пса, — это садовник Исаака, но Лайонел теперь снимает жилье, и он не может взять собаку к себе. Приют же переполнен животными. Клеппи жил там шесть положенных недель, и в приюте его больше не могут держать. Фред ждет. Инъекция не будет болезненной. Все произойдет очень быстро. Не раздумывай, Эбби. Отвези его, и я жду тебя в суде.

— Но…

— Сделай это! — Отвернувшись от нее, Рафф направился к эвакуаторам.

Он только что отдал Абигейл Каллахэн песика, и она выглядела совершенно растерянной.