Читаем Дождь полностью

— Ваш супруг был юнгой на «Летящем» и действительно частенько сидел на фор-марсе, наблюдая за горизонтом, — объяснил Дэгар наконец заинтересовавшейся разговором мужчин Тамми. Почему-то она даже не удивилась, когда капитан поведал, что работать на корабль супруга отправил отец. Этому живодеру, похоже, доставляло удовольствие, издеваться над сыном. И стихийнице подумалось, что смерть от огня ее матери была для императора Керра слишком простой, будь у нее такая возможность, то медленно отрывала бы от темного изверга по куску, за каждую минуту боли и страданий, что он причинил Рэйнэну. Увлеченная своими мстительными мыслями, она не заметила подошедшего к ней мужа.

— Вижу, ты уже наелась, — кивнул он головой, указывая на искромсанные и размазанные по тарелке остатки того, что когда-то называлось омлетом. — Пойдем, посмотришь, как выглядит лучший линейный корабль южной армады Тэрангана.

Выйдя из дверей юта, Рэйнэн уверенно повел жену к носовой части корабля, минуя бизань и грот-мачту, пройдясь по нижней палубе мимо снующих туда-сюда матросов, он стал подниматься с ней на палубу полубака. Остановившись у фок-мачты, владыка запрокинул голову и указал пальцем на площадку на фор-марса-рее с укрепленной на ней бочкой.

— Матросы называют ее «воронье гнездо», там сидит впередсмотрящий.

— Так высоко? — изумилась Тамми. — И ты там сидел?

— Это было счастьем по сравнению с натиранием палубы или чисткой офицерской одежды, — весело хмыкнул владыка. — К тому же оттуда открывается такой вид… Рэйнэн приобнял жену за талию и вытянул руку вперед.

— Смотри.

Тамми заворожено распахнула глаза, заметив, наконец, что судно бесшумно неслось вперед, разрезая собой бушующее синее море. Ветер весело играл парусами, выгибая их замысловатыми дугами, рвал полотнище флага на флагштоке, кружил волосы сихийницы, вздымая их вверх огненной волной. По правому борту, пытаясь обогнать корабль, из воды выпрыгивали дельфины, они были так близко, что девушка видела, как серебрится в лучах восходящего солнца их гладкая кожа. Восторг… Безудержный, рвущийся из груди трепещущей птицей, заставляющий замирать сердце и упоенно улыбаться, чувствуя безбрежную силу стихий. Тамми кожей ловила льющиеся отовсюду потоки силы. Она была счастлива.

— Капитан волновался по поводу попутного ветра, — Рэйнэн выразительно посмотрел на восхищенно жмурившуюся, подставляющую лицо солнцу, жену. — Ну же… Тебе же хочется, — хитро улыбнулся он, отходя от малышки на расстояние.

Тамми глубоко вздохнула и, раскинув руки, позвала стихию. Резкий порыв ветра с силой ударил темного владыку в спину, беснуясь, рванул паруса, натягивая их подобно тетиве, и корабль на бешеной скорости полетел над волнами. Тихий мелодичный голос хрустальной вязью заскользил по воздуху. Рэйнэн замер, не смея пошевелиться, ошеломленно слушая, как повелительница стихий поет песнь ветру. Голос девушки усиливался, и теперь звенел над водой чарующей свирелью. Внезапно грудь владыки опалило огнем, опустив голову, он недоуменно уставился на золотистое свечение, прорывающееся сквозь тонкую ткань рубахи. Резко распахнув одежду, темный властелин невольно вздрогнул, обнаружив, что на коже, над сердцем, ярко горит символ из семи переплетающихся петель, заключенных в кольцо. И только когда песня Тамми стала затихать, знак, пылающий на груди Рэйнэна, стал медленно таять, а затем и вовсе исчез, словно и не было. Задумчиво хмурясь, он застегнул рубаху, напряженно вглядываясь в хрупкую фигурку жены. Она опустила руки и медленно повернулась к нему. Безмятежно красивое лицо, озаренное теплой улыбкой, вдруг исказила гримаса ужаса. Рэйнэн невольно обернулся, чтобы понять, что так испугало малышку. Рядом никого не было, да никто и не посмел бы приближаться так близко к императорской паре. Сомнений не оставалось, она боялась его. Вот почему она так себя вела. Он по-прежнему вселял в нее ужас и страх. Что бы он ни делал, как ни старался, в ее глазах он выглядел жутким монстром. Рэйнэну отчаянно захотелось ударить кулаком в фок-мачту, так, чтоб от нее остались одни обломки. Ему нужно было успокоиться. Уйти. Не видеть ее.

— Ты можешь еще постоять здесь немного, — обронил он, разворачиваясь, чтобы покинуть палубу. — Я вернусь за тобой через полчаса.