Читаем Доверься мне (ЛП) полностью

Рядом с Лео всё казалось осязаемым. Мои чувства. Сердце. Оно стало не просто органом, заключённым в грудной клетке, необходимым для того, чтобы кровь пульсировала по сосудистой системе. Сердце стало источником, напоминавшим о моих чувствах к Лео. Оно ускоряло ритм при виде него. Замедлялось, когда я мечтала о нём. Неслось вскачь, когда мы целовались. Я никогда не ощущала себя такой цельной. Как будто всё во мне билось для него. Боже, может, теперь дело не только в сердце. Может, это моя душа.

— Вот мы и на месте, — произнёс Лео после нашей молчаливой поездки, во время которой ни один из нас не проронил ни слова. Умиротворённый поток нашей энергии, вибрировавшей в машине, свёл на нет потребность в пустой болтовне, поэтому мы просто сидели, окружённые комфортной тишиной. Проводя время вот так с Лео, я мысленно перенеслась на тридцать лет вперёд и представила, что вокруг нас такое же спокойствие, только из — за прошедших совместно десятилетий у нас седые волосы и чуть больше морщин. Это как дежавю наоборот, и я молилась о том, чтобы однажды мне выпал шанс очутиться в реальности, которую я нафантазировала.

Пока я мечтала, машина замедлила ход, Лео въехал на парковочное место и вытащил ключ из замка зажигания. Повернувшись, он наклонился вперед и подарил лёгкий, неожиданный поцелуй, а потом произнёс:

— Я не поведу тебя в музей, поскольку это мой день рождения, и мне не нужны соперники. — При этих словах его губы порхали над моими так, что я чувствовала, как он ими выдыхает. Даже на вкус он был великолепен.

— Просто, чтобы ты знал, — сказала я, приподняв бровь. — Ты уничтожил конкурентов, Лео. Не то чтобы они вообще существовали.

Он придвинул лицо ещё ближе к моему. Моя грудная клетка учащённо поднималась и опускалась, его близость — триггер для моего дыхания и сердцебиения.

— С трудом в это верится. Знаю, я уже это говорил, но ты правда мечта каждого парня или, по крайней мере, должна ею быть. — Его губы прижались к моим, и после того, как он прервал поцелуй, он слегка коснулся моей нижней губы подушечкой пальца. — Ты определённо моя мечта.

— Ты фантазируешь обо мне? — прошептала я.

— Скажем так, когда дело касается тебя, у моего разума разыгрывается воображение.

Это только ещё больше подбодрило, и я поддразнила его:

— Скажем так, если ты захочешь, я могу быть очень деятельной.

Рассмеявшись, Лео вышел из машины, обошёл её, открыл дверь и помог мне выйти. Я ступила на булыжную мостовую, сперва выставив носок так, чтобы мои гладкие ноги казались длиннее и соблазнительнее. Уловка не прошла мимо, Лео опустил взгляд до середины бедра и задержал его там на ощутимое мгновение. Я услышала, как он сглотнул и сделала мысленную пометку о вновь обнаруженной власти, которые мои ноги имели над ним.

Мы шли рука об руку по узким улочкам, окружённые со всех сторон высокими зданиями.

Мне нравилось, что я чувствовала себя такой маленькой в этом старинном городе. Я знала, что это странно, но приятно было быть поглощённой водоворотом истории и современности, кафе и памятников, людей и суматохи. Это не похоже на Нью — Йорк, в котором ты ощущал себя потерянным, если ослаблял бдительность.

Нет, во Флоренции ты становился частью города. Культуры, обстановки. Я ощущала себя здесь, как дома. Как будто я именно там, где и положено. Словно мои сердце, голова, руки и ноги синхронизировались, совпав в своих целях и желаниях. Как если бы мне суждено было оказаться здесь в этот самый момент. Я не могла объяснить это по — другому.

— Прямо за углом. — Кивнул Лео, указывая на переулок впереди. Улица перетекла в Пьяцца — дель — Дуомо, и внезапно мы оказались в самом сердце исторического центра Флоренции, окружённые стенами многовекового прошлого в виде кирпича и известкового раствора.

Внушительный собор в готическом стиле, как обычно, захватывал дух. Фасад из бледно — розового и зелёного мрамора привлек моё внимание, когда я вытянула шею, чтобы оценить роскошные детали и величественный купол, выглядывающий из — за здания. Он представлял собой шедевр архитектурной изобретательности, стоило отдать дань уважения его многочисленным выдающимся создателям остановившись, чтобы полюбоваться их работой.

Стало любопытно, имели ли они представление о том, частью чего являлись, когда проектировали его. Воображали ли они себе эти толпы людей сотни лет спустя, застывавших, чтобы поглазеть на то, что они создали? История — забавная штука. Часто мы никогда не осознавали возможных последствий, пока не становилось слишком поздно. Я надеялась, что каким — то образом (и это было за пределами того, что я на самом деле считала возможным) мама Лео почувствовала ту благодарность, которую я испытывала к ней за то, как она повлияла на жизнь своего сына. Осматривая великолепный собор перед нами, я размышляла, можно ли выразить признательность кому — то, кого больше нет в живых, но намеревалась сделать это всеми доступными способами.