Читаем Доверься мне (ЛП) полностью

Мы стояли в полуметре друг от друга в тесном пространстве между кухней и гостиной. Я облокотилась на стойку, потому что пришла к выводу, что выгляжу лучше, когда опираюсь на что — то, а не стою совершенно прямо. Не спрашивайте, откуда я это узнала, просто обнаружила за годы посещения уроков академического рисования. Мне нравилось человеческое тело и его формы, и я считала, оно выглядит лучше, когда немного согнуто в суставах, и возникает иллюзия движения. Возможно, я бы правда смотрелась очень хорошо, если бы легла на пол, вытянув ноги и закинув руки за голову, как будто я экспонат в галерее Уффици.

А может, я бы выглядела, как идиотка.

Ну точно. Забудьте об этом.

— Что ж, спасибо. За билеты.

Мы продолжали смотреть друг на друга, и я всё так же стояла наклонившись, а для дополнительного эффекта положила руку на бедро.

— Ты что, позируешь?

— Что? — Моя ладонь мгновенно покрылась пóтом и соскользнула со стойки. Пошатнувшись, я ударилась плечом об острый край и потеряла равновесие. И чувство собственного достоинства. Его я тоже лишилась. — Нет. Это было бы странно.

— Выглядело так, будто ты приняла позу.

А по мне не видно, что я наложила в штаны? Потому что, кажется, это тоже имело место быть.

Лео наклонил голову так, что смотрел на меня искоса. Сощуренный взгляд синих глаз требовал признать, что я больная на всю голову.

— Может, я порисовалась самую малость.

Я понятия не имела, почему это вызвало улыбку, а не приступ отвращения. Но она неоспоримо была там, игривая и такая потрясающая, что хотелось облизнуть её, чтобы убедиться, что на вкус она также хороша.

— Ладно.

— Ладно?

— Ага, ты рисовалась. Ладно, — повторил он.

Подумать только, Лео и правда признал вполне нормальным то, что я решила ошеломить его, позируя перед ним в квартире как Мадонна в лучших традициях «Vogue» в девяностые. Сколько сумасшествия может выдержать этот парень? Я в самом деле усомнилась, знает ли он толк в женщинах, потому что, если Лео увлечен мной настолько, насколько я думаю, то его предпочтения далеки от нормальных. Так же далеки, как Антарктида.

— Может, для тебя это привычное дело — рисоваться и чудить, когда ты в неудобном положении. Это к тому, что я твой начальник, который объявился в твоём доме без предупреждения.

— Ох, но я не чувствую себя не в своей тарелке. И вполне расслаблена. — Скорее всего, я — патологический лжец, но мы это уже выяснили. Мой нос только что вырос на несколько сантиметров. — И обычно я не рисуюсь. — Снова ложь. — Просто пробовала новую позу из йоги. — Ещё ложь и ещё.

— Я обычно не объявляюсь без предупреждения. — Его хриплый голос был пропитан честностью, и мне стало стыдно, что кормлю его ложью за ложью, а он поглощает её, как последнюю трапезу. — И это тоже для меня не в порядке вещей.

Лео нервно улыбнулся, зажав дрожащую нижнюю губу между зубов, и я не успела осознать, что означают его слова, как исполнилось моё желание попробовать эту ухмылку на вкус. Полные губы прижались к моим, посылая волну дрожи по всему моему телу, как будто кто — то щекотал пёрышком, каждым взмахом вызывая по коже мурашки.

Будучи намного выше, Лео склонился надо мной, от этого движения его бёдра прижались к моим, и от этой сладостной пытки захотелось умереть. Но, если бы я погибла, то пропустила потрясающий и неожиданный поцелуй, поэтому начала молиться, просить прощения и делать всё необходимое, чтобы избежать преждевременной смерти в этот самый момент. Вдобавок ко всему, я вознесла пару раз Аве Мария, хотя и не исповедовала католицизм.

Не разъединяя наших губ, Лео обернул руку вокруг моей талии, притягивая ближе к себе, так что мы оказались прижаты грудь к груди, наши сердца прерывисто бились друг против друга, будто на соревновании барабанов в школьном оркестре. Я скользнула ладонями вверх по его рукам к шее, где под пальцами ощущался неповторимый ритм его пульса, по тому, как взволнованно трепетала его вздувшаяся вена, я могла сказать, что его чувства были так же сильны, как и мои.

Каждый сантиметр его тела представлял собой твёрдые, чётко очерченные мышцы, и то, как он поддавался прикосновениям, казалось удивительным. Он самый нежный, но при этом и самый внушительный мужчина, с каким я когда — либо сталкивалась, к тому же Лео влиял на меня так, как ему не следовало бы. Учитывая, что он мой босс. И не будем забывать, что я обычно бросаюсь в объятья любого желающего мужчины.

Закончив возносить молитвы о том, чтобы остаться в живых, я начала просить о том, чтобы у Лео оказалось больше самообладания, чем у меня, потому что мной двигали лишь гормоны, а они обычно приводили в клубные ниши, захудалые отели и коктейльные вечеринки, где я могла перепихнуться с парнем в качестве «спасибо» за Лемон дроп. Мои гормоны — сучки, которые в любой момент могут вонзить нож в спину, так что им нельзя доверять. Я могла надеяться только на Лео.