Читаем Доверься мне полностью

Элли подтянула ноги на стул и выпрямила их, сев по-турецки. Ее взгляд ненадолго скользнул к окну и на мгновение прояснился.

– А в остальном у тебя как дела? – аккуратно поинтересовалась я и повторила ее позу со скрещенными ногами, в которой все становилось удобнее. Даже слишком маленькие пластиковые складные стулья.

– Вчера я звонила родителям. Получилось как-то… странно.

Я резко втянула в себя воздух:

– Почему ты мне ничего не сказала? Я бы зашла!

Она грустно улыбнулась:

– И я очень это ценю, но в тот раз мне хотелось попробовать сделать это одной.

Родители Элли больные на всю голову. Таких вещей, которые они в прошлом натворили со своей дочерью, я бы злейшему врагу не пожелала.

– Они опять тебя обидели? Натравить на них кого-нибудь? – спросила я и подвинула к ней миску с чипсами. С кетчупом и приправами, на вкус настоящая гадость. Но я знала, что Элли их обожает.

– Это было просто непривычно, Доун. Они разговаривали практически… Не сказала бы, что дружелюбно, но все-таки более свободно, чем раньше, – ответила подруга, нахмурившись. Она подняла одну ногу и обхватила ее обеими руками. – Думаю, нам всем сначала нужно научиться, как вести себя в этой новой ситуации. Но оказалось, приятно, когда на тебя не вываливают гору упреков. Папа даже задавал вопросы про мою учебу, а мама фыркнула всего семь раз.

Я одобрительно кивнула:

– Вау. Вот это прогресс.

– Да, правда ведь? – Она потянулась вперед и взяла горсть чипсов. Потом понюхала их, и ее лицо засветилось от радости.

Нет ничего лучше, чем наблюдать за Элли во время еды. Подруга так сильно радовалась самым необычным вещам, что это наталкивало на мысль, будто она с другой планеты. Просто загляденье.

– Теперь, когда моих родителей мы уже обсудили, можем поговорить на твою любимую тему, – произнесла она с набитым ртом и многозначительным взглядом.

Хотя Элли очень неразборчиво выговаривала слова, я моментально сообразила, что или, точнее, кого она имела в виду.

Натаниэля Даффи.

– Лучше не надо.

– Доун…

– Элли…

– Доун!

Я вздохнула:

– О’кей. Я… очень рада, что он не знает мой новый номер.

– Ты уклоняешься от настоящего вопроса.

– Ты не задавала мне никакого вопроса, – парировала я.

Элли изогнула бровь:

– Он подразумевался, Доун.

Я заворчала. Мне не хотелось обсуждать Нейта. Лучше поговорить об университете, Кейдене, озабоченности Сойер… даже о том наглом типе из кафе я бы поговорила с большим удовольствием. О чем угодно, только не о Нейте.

– Сегодня такая хорошая погода. Слушай, а вы не пойдете скоро снова на гору? Я тут подумала…

– Как хорошая подруга, я обязана поговорить с тобой об этом. Разговаривать важно, – отругала меня Элли и запихнула в рот еще больше чипсов.

– Ладно, – выдохнула я и потерла лоб, под которым уже начинала пульсировать боль. – Он больше не пытался до меня дозвониться. Пусть мне и пришлось сменить номер, чтобы он прекратил звонить, но с тех пор все супер.

– Как по-твоему, зачем он хочет с тобой связаться?

Я пожала плечами:

– Без понятия. А если честно, меня это даже не волнует. Со Дня благодарения мы с ним больше не общались, и хотелось бы, чтобы так и продолжалось.

До того, как переехала в Вудсхилл, я целыми днями оплакивала свое потерянное будущее. Все, что я планировала вместе с Нейтом и чего никогда не произойдет.

Шесть. Чертовых. Лет.

Потрачено.

Само собой, в тринадцать лет нельзя рассчитывать на то, что ты встретил любовь всей своей жизни, но между Нейтом и мной… это было по-другому. Нечто совершенно особенное. То, о чем пишут в любовных романах.

Мы дружили с пеленок. Он получил от меня все: мой первый поцелуй. Мой выпускной бал. Мою девственность. Мое прошлое, мое будущее и все, что между ними.

Как известно, девочки всегда мечтают о хеппи-энде – я нашла его с Нейтом. По крайней мере, я в это верила, пока не застукала его с Ребеккой Пеннингтон. Ландшафтным архитектором, живущей по соседству, с которой у Нейта, похоже, оказалось гораздо больше общего, чем я думала. Девушка с тонкой, как у жирафа, шеей и телом мечты, которое тогда как раз растянулось на постели под Нейтом.

На нашей постели, между прочим.

– Может, тебе стоит сказать об этом папе? – тихо предложила Элли, и я сразу же ощетинилась.

– Ни при каких обстоятельствах. – Я так отчаянно замотала головой, что хвостик хлестнул по глазам. Ауч.

– Он же считает, что вы расстались по-хорошему, – заметила подруга и вытерла рот тыльной стороной ладони. – Что, если он просто найдет твой новый телефон? А значит, в смене номера и всех приложенных усилиях не будет никакого смысла.

– Ты как голос моего разума, – простонала я и сползла на стуле. – Теперь еще начни подстрекать меня выходить в люди, знакомь с клевыми парнями и убеждай снова с кем-нибудь переспать.

Глаза Элли расширились от изумления:

– А ты хочешь?

– Конечно нет, – буркнула я и прикрыла рукой глаза. Нет, черт побери, этого я не хотела ни в коем случае.

– Но если да, то я знаю кое-кого, кто сто процентов добровольно вызвался бы решить эту проблему.

Я подняла голову:

– Ты только что назвала мою вагину проблемой?