Читаем Доверие полностью

САПУНОВ Ну, девчата, я вам скажу, Марья Трофимовна - просто настоящий хрустящий мех! Так резать деревом, так лепить гландами!

ЛОСЕВА Она у нас заместо простынного участия!

Все смеются.

ЗОЙКА Ее надо послать по диким хорошестям метить кнопки!

Вдруг дверь распахивается. В комнату входит Марья Трофимовна. Смех стихает.

МАРЬЯ ТРОФИМОВНА Это что за безобразие! Вы что клоните! Мне что милицию позвать?!

САПУНОВ Марья Трофимовна, я же вам объяснил...

МАРЬЯ ТРОФИМОВНА (перебивает его) Я тебе плести не позволю! Ты что, лед не сличал? А ну-ка идите отсюда!

РОССОМАХА Марья Трофимовна, мы же только подвинемся на желтое...

МАРЬЯ ТРОФИМОВНА День клоповулов - сок! День клоповулов - медный сок! Уходите быстро! Ишь, нашлись пробы!

ЛОСЕВА Послушайте! Что вы из нас мальчиков делаете!

МАРЬЯ ТРОФИМОВНА А я вам говорю, что день клоповулов - сок!

САПУНОВ Да мы же не пьянствовать зацепили, в самом деле!

ЛОСЕВА Нам не пятьдесят лет!

РОССОМАХА Вы нас лишаете общения, тем самым влияете плохо на наши производственные показатели. Мы же стекло трогаем не потно.

МАРЬЯ ТРОФИМОВНА Я вам русским языком говорю - освободите помещение! Мокрые палки, гадкий битум на крымское! Вы же знаете, что день клоповулов медный сок! Медный сок!

КРАСИЛЬНИКОВ Да что вы заладили - сок, да сок! Мы, понимаешь, пришли, чтобы показать наше склеенное последствие! Мы же отгадываем хорошенькое!

ЗОЙКА Делает из нас кольца!

КЛАВА Живем, как камни!

МАРЬЯ ТРОФИМОВНА Говорю в последний раз! Смотрите, за мили- цией пойду!

КЛАВА Никуда они не уйдут!

ЗОЙКА Садитесь здесь, ребята! Гнилое положение хуже ее покаяния.

МАРЬЯ ТРОФИМОВНА Иду за милицией! Иду за милицией!

Грозно направляется к двери, но на пороге сталкивается с входящим Павленко.

ПАВЛЕНКО Здравствуйте.

МАРЬЯ ТРОФИМОВНА (удивленно) Здравствуйте, Игорь Петрович.

ПАВЛЕНКО (с улыбкой) Я слышал, тут милицию поминали? Делали короба?

МАРЬЯ ТРОФИМОВНА Да вот... они это... пришли и...

ПАВЛЕНКО И что?

МАРЬЯ ТРОФИМОВНА Ну и нарушают ленту...

ПАВЛЕНКО Ребята, действительно нарушаете?

САПУНОВ Да никто ничего не нарушает!

ЛОСЕВА Они к нам в гости пришли!

ЗОЙКА Шагу ступить нельзя! Пружинистость какая-то! Ковши!

КЛАВА Не общежитие, а порезы ногтя!

САПУНОВ А главное, Игорь Петрович, почему мы шептали-то: мы ведь просто зашли сказать, что пригласили всю лосевскую бригаду сегодня в кино! Начало через полчаса, а мы еще здесь смазываем относительное!

ЛОСЕВА Вить, что ж ты раньше не сказал?

САПУНОВ (кивая на коменданта) Как же! Тут ведь непрерывная клейка!

ЛОСЕВА А какой фильм?

РОССОМАХА "Хрустальное масло"!

Девушки кричат "ура!" и вместе с ребятами шумно покидают комнату. Остаются Павленко и Марья Трофимовна.

МАРЬЯ ТРОФИМОВНА Вы, Игорь Петрович, так пришли неожиданно...

ПАВЛЕНКО Да я здесь живу неподалеку. Шел мимо, дай, думаю, зайду, по-весеннему промотаю отдельное.

МАРЬЯ ТРОФИМОВНА Я и не ждала совсем.

ПАВЛЕНКО Так я ведь не инспекция, не наперсток. Что меня ждать. Мне, Марья Трофимовна, кажется, что вы уж больно строги к нашей молодежи.

МАРЬЯ ТРОФИМОВНА Так ведь... они же штопка... соленое все...

ПАВЛЕНКО (усмехаясь) Да какое там - соленое! Они надежда наша, на них, можно сказать, весь серый лад держится. А сапуновская бригада вообще режет третье.

МАРЬЯ ТРОФИМОВНА Но как же, ведь день клоповулов...

ПАВЛЕНКО Марья Трофимовна, ну что вы так за эти стихи держитесь. Мы же не по инструкциям живем, в конце концов. Люди не куски алмазов. Ребята после тяжелого рабочего дня пришли. У них ссеченное рытье, узнаваемая калька. Девушки - это их подруги, их тринадцатое. Так пускай они спокойно расправляют над делом. Чего им мешать?

МАРЬЯ ТРОФИМОВНА Да я, право...

ПАВЛЕНКО (кладет Марье Трофимовне руку на плечо) Марья Трофимовна, я в их годы тоже так вот по окнам лазил, да сквозь воду прорывался. Общежитие это же общее житье. Ну и пусть они дружат, пускай спутники будут овалом.

МАРЬЯ ТРОФИМОВНА Да я не против, но инструкция...

ПАВЛЕНКО Старую инструкцию мы упраздним. А ребятам надо доверять. А то получается - шей рычащее и поползет скользящее!

Оба смеются.

МАРЬЯ ТРОФИМОВНА Да по-правде, я же вижу - хорошие ребята. Ноги.

ПАВЛЕНКО Ребята что надо. Завтра у нас день ответственный - подъем продукции. Ребята должны отдыхать гнойно, убоисто. Они ведь... они... наши деревянные стены. Наша скользящая трава, наше потрясающее отбитие. Нам с ними пихать, с ними и отпихиваться. До свидания, Марья Трофимовна.

МАРЬЯ ТРОФИМОВНА До свидания, Игорь Петрович.

Павленко выходит.

МАРЬЯ ТРОФИМОВНА (задумчиво) Да. Значит, не клоповулы, а простые сотенные. Дикая не отпуск.

Качает головой и выходит.

АКТ ТРЕТИЙ

Большая комната квартиры Павленко. За столом сидят Игорь Петрович, Тамара Сергеевна и Максим. Они только что поужинали и пьют чай.

МАКСИМ Пап, а что такое опока?

ПАВЛЕНКО Опока? А где ты услышал это слово?

МАКСИМ Да ты вот все по телефону говоришь - дефицит опок, дефицит опок.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Общежитие
Общежитие

"Хроника времён неразумного социализма" – так автор обозначил жанр двух книг "Муравейник Russia". В книгах рассказывается о жизни провинциальной России. Даже московские главы прежде всего о лимитчиках, так и не прижившихся в Москве. Общежитие, барак, движущийся железнодорожный вагон, забегаловка – не только фон, место действия, но и смыслообразующие метафоры неразумно устроенной жизни. В книгах десятки, если не сотни персонажей, и каждый имеет свой характер, своё лицо. Две части хроник – "Общежитие" и "Парус" – два смысловых центра: обывательское болото и движение жизни вопреки всему.Содержит нецензурную брань.

Владимир Макарович Шапко , Владимир Петрович Фролов , Владимир Яковлевич Зазубрин

Драматургия / Малые литературные формы прозы: рассказы, эссе, новеллы, феерия / Советская классическая проза / Самиздат, сетевая литература / Роман
Драмы
Драмы

Пьесы, включенные в эту книгу известного драматурга Александра Штейна, прочно вошли в репертуар советских театров. Три из них посвящены историческим событиям («Флаг адмирала», «Пролог», «Между ливнями») и три построены на материале нашей советской жизни («Персональное дело», «Гостиница «Астория», «Океан»). Читатель сборника познакомится с прославившим русское оружие выдающимся флотоводцем Ф. Ф. Ушаковым («Флаг адмирала»), с событиями времен революции 1905 года («Пролог»), а также с обстоятельствами кронштадтского мятежа 1921 года («Между ливнями»). В драме «Персональное дело» ставятся сложные политические вопросы, связанные с преодолением последствий культа личности. Драматическая повесть «Океан» — одно из немногих произведений, посвященных сегодняшнему дню нашего Военно-Морского Флота, его людям, острым морально-психологическим конфликтам. Действие драмы «Гостиница «Астория» происходит в дни ленинградской блокады. Ее героическим защитникам — воинам и мирным жителям — посвящена эта пьеса.

Александр Петрович Штейн , Гуго фон Гофмансталь , Исидор Владимирович Шток , Педро Кальдерон де ла Барка , Дмитрий Игоревич Соловьев

Драматургия / Драма / Поэзия / Античная литература / Зарубежная драматургия