Она стояла на крыльце, когда на подъездной дорожке показалась кавалькада всадников. Петра на огромном черном коне она узнала сразу и так и стояла, пока он подъезжал ближе, пока соскакивал с Цезаря и быстрым шагом подходил к ней. Словно они остались одни на этом крыльце, в этом мире. Она как сквозь туман смотрела, как он склонился к ее руке и вздрогнула, ощутив прикосновение губ к холодной коже. Перед императорской четой распахнули двери, и они молча вошли в полутемный холл ночного дворца. Петр молчал. Он даже не поприветствовал ее. Просто молча вел по темным коридорам. Когда они проходили мимо его кабинета, он внезапно воскликнул.

— К черту все, — и рывком затащил ее внутрь.

Филиппа только пискнула, а потом негромко рассмеялась, когда он усадил ее на стол, задирая пышные юбки и ломая неподатливые перекладины кринолина. Словно они любовники, которые украли украдкой минутку, чтобы уединившись, насладиться друг другом, а не муж и жена, у которых впереди вся ночь и общая на эту ночь спальня. Но эти мысли вылетели из головы, стоило ему притянуть ее к себе. Филиппа вцепилась в его плечи и, откинув голову, тихонько застонала, закрыв глаза, отдаваясь и принимая его, осознавая, как же сильно соскучилась за эти месяцы, и что он молодец, что не стал ждать, чтобы все прошло чинно в тиши спальни.

Когда все закончилось, он прислонил покрытый испариной лоб к ее обнаженному плечу.

— Прости.

— За что? — Филиппа смотрела на него затуманенным взглядом и не понимала, что он имеет в виду.

— За то, что не смог дотерпеть до спальни, — Петр слегка отодвинулся, заглядывая ей в лицо.

— Не смей просить за это прощения, — Филиппа слегка нахмурилась, а он улыбнулся совершенно мальчишеской улыбкой, которая так редко появлялась на его всегда серьезном лице.

— Хорошо, не буду, — он кивнул и помог ей сползти со стола и даже начал поправлять платье, которое, как Филиппа подозревала, было окончательно испорчено. — Ну, давай, рассказывай.

— О чем рассказывать? — тело, охваченное за секунду до этого негой, заметно напряглось, а Петр, заметивший это нахмурился.

— Как съездила.

— Ну-у-у, — протянула Филиппа и опустила взгляд. Да, это будет сложно. И она надеялась, что он не слишком сильно рассердится, когда все узнает.

Глава 11

Сидя в кабинете, наказав предварительно Митьке, что никого сегодня не принимаю, я обдумывал сложившуюся ситуацию. Мне необходимо было остаться наедине с собой на достаточное время, чтобы все как следует обдумать. А обдумать мне было что.