— Боже, — шепнула Сьюзен. — Я люблю тебя, Гарри. Я хочу, чтобы ты знал это, и… — она тоже замолчала и внимательно посмотрела на меня. — Что?

— Вот оно, — выдохнул я. — Именно то, что мне нужно.

— Что тебе нужно? Я не понимаю.

Чем больше я думал об этом, тем более безумным мне это представлялось. Но… черт, это могло сработать. Если бы я мог еще точно рассчитать это…

Я опустил взгляд, обнял Сьюзен за плечи и заглянул ей в глаза.

— Сможешь продержаться? Не поддаваться соблазну еще несколько часов.

Она поежилась.

— Думаю, смогу. Постараюсь.

— Вот и хорошо, — сказал я и сделал глубокий вздох. — Дело в том, что мне нужно заснуть достаточно крепко, чтобы увидеть сны.

— Но Кравос! — возразила Сьюзен. — Кравос же заберется в тебя. Он убьет тебя.

— Угу, — буркнул я и снова вздохнул. — Именно на это я и рассчитываю.

Глава тридцать шестая

Кошмары начались почти сразу же — темное отравленное облако, притупляющее чувства, искажающее восприятие. Мгновение я висел на одной руке над адом, полным огня, дыма и жутких чудищ. Сталь наручников, удерживавших меня на весу, до крови врезалась мне в запястье. Дым резал глаза, жег горло, заставляя давиться кашлем. В глазах потемнело — я терял сознание.

Теперь я оказался в другом месте. В темноте. Я лежал на холодных камнях. Со всех сторон слышались шорохи передвигавшихся в темноте тварей. Скрежет чешуи или когтей. Негромкое, голодное шипение, блеск кровожадных глаз. Сердце мое ушло в пятки.

— Ага, вот ты где, — прошипел один из голосов. — Знаешь, а я ведь смотрел, как они развлекались с тобой.

Я сел, дрожа крупной дрожью.

— Ну, да. За это их и называют монстрами. Они только это и умеют.

— Им понравилось, — продолжал шипящий голос. — Жаль, я не мог снять это на видео тебе на память.

— Телевидение тебя остатка мозгов лишило, Кравос, — заметил я.

Что-то вынырнуло из темноты и ударило по лицу. Удар опрокинул меня навзничь. В глазах вспыхнули разноцветные круги, но сознания я не потерял. Во сне, как правило, его не теряешь даже тогда, когда этого хочется.

— Шуточки, — прошипел голос. — Шуточки тебя не спасут.

— Блин-тарарам, Кравос, — проворчал я, снова садясь. — Уж не вышло ли какое-нибудь пособие, типа, «Стандартные Реплики Для Злодеев», или что-нибудь в этом роде? Ну, давай же, колись. Скажи мне, что, типа, раз ты все равно намерен убить меня, то уж можешь напоследок поведать свой тайный план.

Темнота снова ринулась ко мне. Я даже не пытался защищаться. На этот раз она опрокинула меня на камни и уселась мне на грудь.

Я смотрел на Кравоса снизу вверх. Формы и образы висели на нем сотканными из тумана одеждами. Я видел одетые на него очертания демона-тени. Я видел собственное лицо, парящее где-то там, в слоях образов. Я видел Жюстину и Лидию. И там, в самой середине этой бесформенной, колышущейся массы, я увидел Кравоса.

Он мало изменился. У него были худое, вытянутое лицо и каштановые, начинающие седеть волосы. Он отпустил пышную бороду, но от этого его голова казалась только менее пропорциональной. Плечи у него были широкие, но костлявые, а всю грудь покрывали нарисованные кровью ритуальные знаки, смысла которых я не знал и не хотел знать. Он замахнулся и ударил меня по лицу еще дважды. Весьма, надо сказать, болезненно ударил.

— Ну, и где твои приколы, а, чародей? — хохотнул Кравос. — Где твои чертовы шуточки? Жалкий, самонадеянный кретин. Ничего, мы с тобой как следует еще повеселимся, прежде чем Бьянка придет покончить с тобой.

— Ты в этом уверен? — поинтересовался я. — Не знаю, не знаю. Это наше первое свидание. Так что давай уж не спеша, размеренно.

Кравос ударил меня еще раз, на этот раз в переносицу, отчего зрение заволокло слезами.

— Это не смешно! — выкрикнул он. — Ты же умрешь! Не будешь же ты и к этому относиться как к шутке!

— Не вижу, почему бы и нет? — возразил я. — Кравос, я же сделал тебя как сосунка, пользуясь всего лишь куском мела и куклой-Кеном. Ты самая большая пародия на заклинателя из всех, что я знаю. Даже я не ожидал, что одолеть тебя будет так просто; возможно, связь с куклой сработала так чисто, потому что у вас с ней и анатомия оди…

Я не успел договорить. Кравос взвизгнул и схватил того меня, что был во сне, за горло. Ощущение оказалось совершенно реальным. Я чувствовал это так же, как если бы он и правда схватил меня — его вес придавливал мое ослабевшее тело к камням, его пальцы пережимали мне трахею. Чисто рефлекторно я пытался отбиться от него — тщетно. Он продолжал душить меня, сдавливая горло все сильнее. В глазах — тех, что во сне — потемнело, и я понял, что он не отпустит меня, пока не убедится, что я мертв.