Читаем Досье Дрездена полностью

Возле кровати стоял двустворчатый шкаф. Он был буквально забит одеждой. Ничего пёстрого. Футболки. Поношенные джинсы. Ещё не распакованные нижнее белье и носки. Шорты и спортивные штаны. Несколько пар старых кед размером с маленькое каноэ и пара туристических ботинок в сносном состоянии. Я выбрал ботинки. Мои ноги не для пижонской обуви, хе-хе.

Я выкинул смокинг, промыл и перевязал раны на ногах, и надел самую удобную и приятную мне одежду, с тех пор как поймал пулю в грудь.

Я вышел из спальни, сжимая окровавленную одежду и посмотрел на Молли. Она указала польцем на огонь. Я благодарно кивнул и, вспомнив про драгоценные запонки, вытащил их из кармана штанов, после чего бросил то, что осталось, в огонь. Кровь, которая уже запеклась на одежде, было очень не просто использовать против меня, даже если бы кто-то вломился и украл что-то, но это относится к вещам, которым лучше не оставлять ни единого шанса.

— Окей, — сказал я, усаживаясь на подлокотник кресла. — Остров. Кто ещё о нем знает?

— Леа, — ответила Молли. — Предположительно, это она рассказала Мэб. Я полагала, что ты уже знаешь об этом.

— Мэб, — проговорил я. — Своего рода мамочка, считающая, что ты должен находить свои вещи самостоятельно.

— В самом деле?

Я хмыкнул.

— Ты вступала в какой-либо контакт с Пределом Демона?

— С самим духом? — Молли покачала головой. — Он… Терпел моё присутствие, но отнюдь не с теплотой и дружелюбием. Думаю, он знал, что я связана с тобой.

— Ага, — сказал я. — Уверен, что знал. Если бы он хотел, чтобы ты покинула остров, тебя бы как ветром сдуло.

Я ещё несколько раз качнул головой.

— Дай мне подумать.

Что Молли и сделала. Она направилась на кухню, к холодильнику. Затем вернулась с парой банок Кока-колы, открыла обе и дала одну мне. Мы мягко стукнулись банками и начали пить. Я закрыл глаза и попытался привести мысли в порядок. Молли ждала.

— Хорошо. — проговорил я. — А ещё кто знает?

— Никто, — ответила она.

— Ты не сказала Совету?

Молли скривилась при упоминании Белого Совета чародеев.

— Интересно, как бы мне удалось? Учитывая, что для них я в розыске, никто и глазом моргнуть не успеет, как меня казнят.

— Многие из них успеют проморгаться, — тихо ответил я. — Как думаешь, почему ты всё ещё ходишь и дышишь?

Молли нахмурилась и уставилась на меня.

— О чём это ты?

— О том, что Леа несомненно научила тебя многому, Молли, и очевидно, что твои навыки намного возросли с прошлого года. Но там есть люди, которые десятилетия проводили так, как ты провела этот год. А возможно, века. Если бы они и вправду хотели найти тебя и прикончить, тебя бы уже нашли и прикончили. Точка.

— Тогда почему они этого не сделали? — спросила Молли.

— Потому что в Совете есть люди, которым это бы не понравилось, — сказал я. — Мой д… Эбинезер может справится с любым в Совете, когда угодно, если они выведут его из себя. Этого, вероятно, достаточно, но и Рамиресу ты также понравилась. А так как он — парень, который мог бы, теоретически, отвечать за твою поимку, любого, кто попытается сделать это на его территории, вышвырнут. Он тоже молод, но заслужил уважение. И большинство молодых Стражей, скорее всего, примут его сторону в этом вопросе.

Я вздохнул:

— Слушай, Белый Совет всегда был гигантской кучей отборных засранцев. Но они не бесчеловечны.

— Не всегда, — резко ответила Молли.

— Касательно человечности, — произнёс я. — Ты ведь до сих пор здесь, не так ли?

— Не благодаря им, — сказала она.

— Если бы они не показались в Чичен-Ице, никто из нас не вернулся бы.

Молли нахмурила брови.

— Это был не Белый Совет.

Технически верно. Это был Серый Совет. Но поскольку Серый Совет большей частью состоял из членов Белого Совета, тайно работающих вместе, для меня они по-прежнему оставались Белым Советом. Что-то вроде того.

— Эти ребята, — сказал я. — то, каким должен быть Совет. Или мог быть. И когда нам больше всего нужна помощь, они придут.

Я отпил ещё немного колы.

— Я знаю, мир иногда выглядит очень тёмным и уродливым. Но в нём всё ещё есть хорошие вещи. И хорошие люди. И некоторые из них состоят в Совете. Они не связались с тобой, потому что не могут, но поверь мне, они защищают тебя от куда большего количества неприятностей, чем те, в которые ты уже вляпалась.

— Ты только допускаешь, — упрямо сказала она.

Я вздохнул:

— Детка, тебе предстоит иметь дело с Советом всю оставшуюся жизнь. А это, может быть, три или четыре сотни лет. Я не говорю, что тебе не следует качать права, когда они неправы. Но ты должна иметь в виду, что сжигание мостов может оказаться очень плохой тактикой лет, эдак, через сто-двести.

Молли выглядела явно несогласной — но также и задумчивой. Нахмурившись, она отпила ещё колы.

Чёрт. Почему я не мог понять такой конкретный совет, данный мне самому, когда я был в её возрасте? Это могло бы сделать мою жизнь намного проще.

— Вернёмся к острову, — сказал я. — Насколько ты уверена относительно уровня привлечённой энергии?

Она обдумала свой ответ.