Читаем Досье Дрездена полностью

— Я не хотела, — произнесла лейтенант Молли срывающимся голосом подростка. Ее русский акцент в точности напоминал Саню. — Просто я в детстве слишком много смотрела этот сериал, ясно?

— Странное место этот твой мозг, — заметил я. Я говорил это в качестве комплимента и постарался подчеркнуть это голосом. Лейтенант Молли ответила мне ослепительной улыбкой и повернулась обратно к своим приборам.

Я остановился справа от капитанского кресла и скрестил руки на груди. Экран снова осветился, показывая разрушенный городской квартал. Нет, не разрушенный. Когда город разрушен, это означает, что в нем уничтожена только часть зданий. Наверное, на заре телевидения какой-то ведущий спутал понятия «разрушен» и «уничтожен», и это отложилось у меня в мозгу. Этот квартал был уничтожен целиком. То есть превратился в ровную пустыню.

— Атомный взрыв подтвержден, — произнесла Молли-ученая угрюмым тоном. — Вражеские силы в квадрате четыре уничтожены, капитан.

Я сжал губы покрепче.

— Спасибо, старпом, — отозвалась капитан Молли, поворачиваясь лицом к экрану. — Гарри... гм... Поможете?

— Не уверен, что в состоянии, Кузнечик, — серьезно ответил я. — Мне едва удалось потырить из-под развалин душевой коврик и использовать его в качестве самолета. Её снаряды пролетают сквозь меня... ну и все такое.

Мгновение она молча смотрела на меня, и я увидел, как та же самая нотка страха промелькнула на лицах всех Молли, находившихся на мостике. Впрочем, она тряхнула головой и начала раздавать спокойным голосом приказы, а остальные Молли откликались такими же спокойными голосами.

— Но если вы не... — спросила капитан Молли, выждав несколько секунд. — Я хотела сказать, если вы не можете мне помочь, что вы здесь тогда делаете?

— Потому что ты здесь, — спокойно ответил я. — По крайней мере я могу быть рядом с тобой.

— Если она победит... — Капитан Молли сглотнула. — Вы умрёте.

Я фыркнул и ободряюще ей улыбнулся:

— В призрачном состоянии, Кузнечик, есть и свои преимущества. Я уже мертв.

— Квадрат три рушится, — доложила Молли — начальник связи. — Квадрат два — двадцать процентов.

Капитан Молли прикусила губу.

— Сколько всего квадратов? — спросил я.

— Четыре, — ответила она. — Ну, понимаете... они же квадраты.

Я хотел отпустить замечание насчет логики такого подхода, но не стал.

— А мы в квадрате номер один?

Капитан Молли кивнула.

— Боюсь... боюсь, я не смогу её удержать, Гарри.

— Бой не закончен, пока он не закончился, детка, — сказал я. — Не давай ей побить себя. Пусть постарается.

— Смерть — не единственное возможное последствие, — вмешалась Молли-ученая. — Если Собиратель Трупов одолеет, она получит доступ к нашим способностям, воспоминаниям и знаниям. Даже при том, что в последние месяцы мы мало общались с нашими знакомыми, Собиратель сможет причинить заметный ущерб не только нашим друзьям, но и невинным людям. Это совершенно неприемлемо, капитан.

Капитан Молли перевела взгляд с Молли-ученой на меня и кивнула:

— Бой еще не кончен. Приготовьте омега-бомбу, но не приводите в действие.

— Есть! — отозвалась Молли-ученая, встала и через мостик подошла к старому деревянному шкафу рядом со старой деревянной дверью.

Я удивленно уставился на эти две детали интерьера.

— Ух ты. Какие-то они... немного не отсюда.

Капитан Молли громко рассмеялась.

— Это? Не стоит беспокойства. Не обращайте внимания.

Молли-ученая достала из шкафа штуковину размером с микроволновую печь, нажала кнопку на ее передней панели и поставила на пульт перед собой.

— Гм... — пробормотал я. — Омега-бомба?

— Меня Собиратель Трупов не получит, — решительно заявила капитан Молли. — Никогда.

— И в старом шкафу она лежала, потому что... А?

— Не знаю, о чем это вы, — отмахнулась капитан Молли. — Лейтенант, выведите на экран квадрат два.

Я отошел от продолжавшей сыпать приказами капитана Молли и вместо этого остановился рядом с Молли-ученой.

— Э... Капитан, похоже, не хочет, чтобы я знал, что это за дверь.

— Разумеется, нет, — ответила Молли-ученая, понизив голос. — Это дверь только для тех, кому надо.

— Почему?

— Потому что если вы знаете о ней, значит, вы единственный, кому надо о ней знать, — невозмутимо ответила она. — А если нет, вам лучше о ней и не знать. Капитан считает, что вы и так настрадались.

— Настрадался? — не понял я. — О чем это ты?

— Не могу ничего больше сказать на эту тему, — заявила Молли-ученая.

— Это я виновата, — вмешалась лейтенант Молли. — Извините. Ну, насчет шкафа и двери, да? Ничего не могу поделать.

Вам никогда не казалось, что вы стоите в комнате, полной сумасшедших людей?

Вот примерно так я себя и ощущал. И ощущение это мне не слишком нравилось.

Я смотрел на дверь и старый деревянный шкаф. Ничем особым не выдающаяся дверь — обычная распашная, только старая, обшарпанная. То же самое относилось к шкафу. Оба были покрашены коричневой краской, явно очень давно.

Оба покрылись царапинами и трещинами — не потому, что кто-то пытался их вскрыть, просто от времени.

Где-то я их уже видел.