Читаем Досчитай до трёх полностью

— Ты же не думаешь, в самом деле, что я оставлю тебя одну? — вытаращил глаза в ответ, а я вновь пожала плечами. — Нет, Вишня, — ответил с укором, — и дело не в Игоре, начхать мне на него.

— Ну ты же не будешь носиться со мной? — хмыкнула в ответ.

— Нет, — ответил, подумав, — это сложно реализуемо и быстро станет в тягость нам обоим. Но сегодня мы ночуем вместе.

Высидев ещё полчаса для приличия, мы чинно раскланялись и отбыли на квартиру матери. Сеня трогательно поддерживал меня за талию, плоские шуточки не отмачивал и вёл себя образцово, а мне дико хотелось остаться одной и погрузиться в свои мысли. Но, похоже, он решил на этот вечер стать лучшим в мире другом, о делах не заговаривал, напоил чаем и уложил в постель, пристроившись рядом и крепко обняв. Думать о другом мужчине стало как-то неловко, я отложила все на потом, пригрелась и вырубилась.

Я проснулась. Проснулась и поздравила себя с этим, невесело усмехнувшись и не сразу сообразив, что на тумбочке вибрирует телефон.

— Третий раз звонит, — сказал Сеня рядом, — лучше ответь.

Я поморщилась, поняв, что он успел посмотреть, кому я срочно понадобилась, пошарила рукой, найдя мобильный, сняла его с зарядки и ответила ворчливо:

— Чего?

— Как ты? — спросил Игорь с намеком на волнение.

— Тебе-то что? — хмыкнула в ответ.

— Не хами, — ответил строго, а я закатила глаза:

— Да, пап.

— Линда, — вздохнул тяжко, — неужели мы снова вернёмся к этой теме? Я все объяснил…

— А я тогда тебя совсем не знала, — хохотнула тихо, таращась в потолок, — а теперь уверена, что ты прекрасно знал, чья я дочь. В конце концов, мы похожи. Так что давай на чистоту. Считай, это последняя воля умирающий.

Сеня поморщился, а я усмехнулась.

— Именно поэтому и звоню, — ответил Игорь, а я невежливо перебила:

— Так что?

— Да, знал. Знал и не удержался, — ответил резко, — ещё вопросы?

— Это отвратительно, ты понимаешь?

— Не с моей стороны.

— Так вот почему ты подселил ко мне соседа. Чувство вины?

— Это не телефонный разговор.

— А о чем нас с тобой говорить по телефону, а? — хохотнула злорадно. — О погоде?

— Я пришлю адрес, — ответил сдержано, — ты поедешь по нему и примешь помощь от одного человека. На этом все.

— Да, босс, — ответила со смешком и отключилась. — Паршивое утро.

— Уже почти обед, — заметил Сеня, а я пожала плечами:

— Паршивый обед. Кстати, я бы перекусила.

— Быстрый секс для поднятия настроения? — широко улыбнулся друг и я вместе с ним.

— Без твоих шуточек уже не то, — хохотнула, поднимаясь, а Сеня притворно насупился и протянул ко мне руки:

— Я не шутил.

А я скрылась в ванной комнате, вернувшись в реальность, а после душа — к жизни.

Пока одевалась, позвонил Павел.

— Просто убедился, что ты ещё на этом свете, — сказал, едва я ответила.

— Да хорош заливать, ты просто соскучился, — хохотнула в ответ.

— Ого, настроение. Где взяла? Там ещё есть?

— У меня тут законченный оптимист рядом, можешь у него уточнить.

— Он конченый, — фыркнул Павел в ответ, — когда пересечемся?

— Игорь звонил, — проворчала недовольно, — надо скататься по одному адресу. Как освобожусь — наберу.

— Окей, — ответил бодро, — у меня тоже новости. Нашел две из своих тачек в соседних от нашего дома дворах. Эти черти вообще не напрягались.

— Перегнал?

— Не, стоят. Надо найти спеца и снять отпечатки. Вдруг повезёт. В колодце нижний уже холодец, да и верхнего трогать особо желания нет. Андрею звонил. Со второй тачки тоже штрафы, на тех же самых камерах. Ребята без фантазии.

— Спец был бы не лишним, — ответила со вздохом, — ладно, до встречи.

Отключилась и посмотрела на Сеню, слышащего весь разговор.

— У меня таких нет, — скривился в ответ, — у бати наверняка есть, но идти к нему… крайняя мера, — я потянулась к своей шее, а друг скривился: — Отвезу тебя и съезжу.

— Не торопись, — мотнула головой и пошла шарить в шкафу матери, — Игорь не просто так позвонил. Посмотрим, что там за помощь.

— И, судя по тому, что позвонил он именно тебе, меня там не ждут, — поморщился в ответ, а я приладила на шее длинный шёлковый шарфик цвета спелой черники, отлично подчеркивающий карие глаза. — Наберёшь, как освободишься, по улице одна не шастай.

— Да брось, Сень, — вздохнула в ответ, — захотят достать — достанут. К тому же, ты прав, опека страшно раздражает. Одно дело идти рядом и совсем другое — за руку. Меня с детства никто не водил.

— Кошка, — фыркнул весело, но глаза были скорее печальными.

— Не надо меня на тот свет раньше времени отправлять, — сказала строго, — погнали, у меня желудок сам себя уже ест.