Читаем Дорогие гости полностью

– Может, найдем какое-нибудь другое место где посидеть?

Не поднимая головы, миссис Барбер негромко ответила:

– Из-за него, что ли? Да он мне ничуть не мешает.

Когда они заговорили между собой, мужчина встрепенулся, переместился поближе к ним и стал оценивающе их разглядывать, точно какой-нибудь художник, великий мастер композиции.

– Ах, будь у меня с собой камера! – Он склонился над воображаемым штативом, сжимая в руке воображаемую фотовспышку. Заметив выражение лица Фрэнсис, он рассмеялся. – Неужели вы не хотите, чтобы вас сфотографировали? Я думал, все молодые дамы хотят. Особенно такие красотки.

– Может, пойдем все-таки? – снова обратилась Фрэнсис к миссис Барбер, уже нормальным голосом.

– Да к чему же такая спешка? – запротестовал мужчина.

Фрэнсис встала на ноги. Поняв, что она настроена решительно, он подступил еще ближе и вкрадчиво спросил:

– Ну и как вам пикник – понравился?

Фрэнсис наконец-то посмотрела ему в глаза:

– Что?

– Полагаю, вы от него в восторге. Да и для пикника, полагаю, более благодарных участников не найти. – Мужчина стрельнул взглядом в миссис Барбер и осклабился. – Я даже не представлял, что обычное крутое яйцо может вызывать такую зависть, пока не увидел, как вы с вашей подругой их уплетаете.

Так, значит, это он немногим раньше наблюдал за ними. А когда они завершили чаепитие и двинулись дальше, он пошел следом: от скамейки к клумбам с львиным зевом, от клумб к пруду, от пруда к теннисным кортам, а от теннисных кортов к этой вот оркестровой беседке. И разумеется, потерять их из виду он никак не мог – из-за красного зонтика миссис Барбер. Уж не намеренно ли она взяла с собой такой яркий зонтик? Не намеренно ли остановилась здесь, на самом видном месте?

Нет… нет, конечно. Миссис Барбер, с пылающими щеками, еще ниже опустила голову, чтобы только не видеть назойливого незнакомца. Он пригнулся, пытаясь заглянуть ей в глаза:

– Не желаете развлечься?

– Послушайте, идите уже прочь, а? – попросила Фрэнсис.

Он мельком посмотрел на нее, теперь без малейшего интереса, а потом, насмешливо скривив рот, опять обратился к миссис Барбер:

– Похоже, я вашей подружке не нравлюсь – ума не приложу почему. А вам?

– Ей вы тоже не нравитесь, – твердо сказала Фрэнсис.

Мужчина упорствовал еще минуту-другую, но поскольку домогался он внимания миссис Барбер, а та решительно отказывалась поднять взгляд, в конце концов ему не осталось ничего другого, как отстать от них обеих. Он передернул плечами, будто бы поеживаясь от вечерней прохлады, и небрежно произнес, по-прежнему обращаясь к миссис Барбер, но кивком указывая на Фрэнсис:

– Брр! Суфражистка, да?

Не дождавшись ответа, мужчина отступил в сторону, достал сигарету, извлек из кармана зажигалку, высек огонь – все так неторопливо, словно он и зашел-то в беседку единственно для того, чтобы покурить. Но от недавней игривости в нем не осталось и следа; чуть погодя он медленно вернулся на свое прежнее место у балюстрады, а еще через минуту столь же медленно вышел из беседки.

Миссис Барбер заметно расслабилась. Вид у нее был смущенный, восхищенный, потрясенный. Но она весело рассмеялась:

– Ох, мисс Рэй! Умеете же вы дать отпор!

– Ну нельзя же допустить, – ответила Фрэнсис, все еще кипевшая раздражением, – чтобы наша чудесная прогулка была испорчена потому лишь, что какой-то идиот возомнил себя заправским сердцеедом.

– Я на таких обычно не обращаю внимания, и все. Они всегда отвязываются в конце концов.

– Зачем же ждать, когда они отвяжутся, если можно сразу дать от ворот поворот? А вы заметили, что он нас преследовал? Вон он, вышагивает… только посмотрите. – Фрэнсис наблюдала за мужчиной, неспешно идущим прочь от беседки. – Не иначе сейчас попытается обаять еще какую-нибудь беззащитную с виду женщину. Надеюсь, она ему просто врежет. «Суфражистка»! Так сказал, главное дело, будто это оскорбление какое-то! Будь я помоложе, я бы этому типу с удовольствием врезала, честное слово.

Миссис Барбер продолжала смеяться:

– Думаю, вы бы и в драке его победили.

– Вполне возможно, – сказала Фрэнсис. – Знаете, меня как-то арестовали за то, что я швырнула обе свои туфли, одну за другой, в члена парламента.

Миссис Барбер перестала смеяться:

– Да не было такого. Я вам не верю.

– Было-было. Я целую ночь провела в кутузке, вместе с еще тремя девушками. Мы подняли шум на одном политическом митинге – сейчас я удивляюсь тогдашнему нашему бесстрашию. Вся толпа была против нас. Хотя кидаться туфлями, наверное, не стоило. Пацифисткам такое поведение не подобает.

– И что с вами было потом?

– Член парламента не стал выдвигать обвинения. Он узнал, что мы все девушки из приличных семей, и не захотел, чтобы история попала в газеты. Но на следующее утро мне пришлось объяснять все родителям – они решили, что меня похитили работорговцы. И все же… – Фрэнсис встала, улыбаясь при воспоминании. – Заявиться домой в полицейских ботинках стоило хотя бы ради того, чтобы увидеть вытянутую физиономию отца! Соседи тоже повеселились. Ну что, пойдемте?