Суд над заговорщиками состоялся спустя две недели после задержания, и к тому времени принц сумел обличить почти всех подозреваемых. Кого-то сдали его же подельники, другие сами пришли с повинной, надеясь тем самым смягчить наказание. Пытавшихся сбежать отловили в порту и на вокзале.

Город гудел от новостей, газеты чуть ли не каждый день выпускали новые экстренные выпуски. Нескольких министров сняли с должности, а глава магов лишился своего заместителя и вскоре сам подал в отставку: раз не углядел змею под ногами, значит, пора передавать власть.

На допросах Бенита не присутствовала; дело о «спящей красавице» закрыли в связи со смертью главного подозреваемого, а заговорщики были не в их компетенции. Да и вообще об участии Квона и Бениты в поимке Гретора старались не упоминать, так проще было скрыть ментальное воздействие, оказанное на маркиза и заставившее его потерять бдительность. Хотя помощь с раскрытием преступления Арий не забыл, а свою благодарность выразил в приговоре Итану – с легкой руки принца молодой тьен Дениш отделался ссылкой на два года в свой старый гарнизон и, забрав Арвина, отбыл туда с чистым сердцем.

Бениту вызывали в суд всего раз, когда министр просвещения, чтобы смягчить свой приговор, под диктовку расписывал все совершенные подельниками преступления и неожиданно упомянул о похищении Бениты. Оказалось, тьенна Дениш была не единственным ребенком, похищенным маркизом, – сын министра также попался в ловушку, и тому пришлось давать унизительную магическую клятву беспрекословно подчиняться Гретору, чтобы спасти жизнь мальчика. Со смертью маркиза клятва исчезла, и министр наконец мог рассказать правду.

Стоя на свидетельской трибуне, Бенита никак не могла поверить, что этот день наступил, что она рассказывает о том ужасном случае и никто не обвиняет ее во лжи. Порой голос начинал предательски дрожать, но девушка находила в себе силы продолжать рассказ – она не для того столько ждала этого дня, чтобы постыдно расплакаться перед всеми.

Ее история, история сына министра, истории еще шести-семи некогда запуганных детей, кого Гретор беззастенчиво использовал для достижения своих целей. Бенита видела, как с каждым новым выступлением бледнеет ее бабушка. Отец, горько скривив губы, и вовсе закрыл лицо руками. Жаль, в суде не было матушки и Эла – вот кто мог бы гордиться тем, что поверили и, несмотря на все убеждения маркиза, ни разу не усомнились.

Прозвучал окончательный вердикт. Пусть суд не мог вынести приговора мертвому, тьена Гретора признали виновным в совершенных преступлениях.

Выходя из зала, Бенита сама не заметила, как по щекам текли слезы.

– Ну что ты плачешь? Все закончилось. – Квон встретил ее на выходе и крепко обнял, а Бенита вдруг четко осознала – и правда все. Несправедливость, которая довлела над ней, наконец-то повержена.

– Это от облегчения, – призналась она, улыбнувшись. Поспешно вытерла платком слезы, пока не заметил кто-то еще. – А что ты тут делаешь? Ты же собирался к тьену Августу по поводу поддельных документов о наследстве. Или уже съездил?

– Немного сдвинул встречу. Мне показалось, тебе тоже будет интересно заняться этим делом. – Квон протянул ей тонкую папку с бумагами, увлекая за собой к паромобилю.

– Ого! Целых три кандидата на наследство! – Бенита впилась взглядом в материалы, пролистывая страницы. – И у всех трех был мотив. Так нам не только к Августу надо будет заехать… Погоди, кажется, в папке что-то еще лежит?

Она встряхнула папку и уставилась на выпавший ей на ладонь тонкий золотой ободок.

– Это улика, что ли?

– А, нет, это тебе, – смутился Квон. – Глупо вышло, да? Ну, я тут понял, что совершенно не знаю, как ты относишься к сюрпризам…

– Наверное, хорошо, – немного опешив, ответила Бенита и надела кольцо.

Как влитое село. Теперь все действительно было хорошо.

Эпилог

Кабинет комиссара в центральном управлении Анвенты сильно изменился с тех пор, как пост покинул тьен Форц. Исчезли грамоты и дорогостоящие безделушки, а в воздухе настойчиво повис терпкий запах сигарет. Единственное, что осталось неизменным, – крепкий дубовый стол, но сейчас он был завален папками с заброшенными делами из архива. Привести в порядок то, что натворил предшественник, было непросто.

– Вы точно хорошо подумали? – строго посмотрел на девушку немолодой усатый майор. Бывший капитан Вистон, тот самый, что однажды помог им поймать преступников у алазийского ресторанчика, поднялся в звании и временно занимал освободившееся место комиссара. Именно он принял у Бениты подписанное заявление. – Не пожалеете о своем решении?

Девушка никак не отреагировала, и ему пришлось позвать ее еще раз:

– Лейтенант Дениш!

– Никак нет! – очнувшись от раздумий, звонко откликнулась Бенита. Голова была занята совсем другими мыслями.

– Никак нет – значит, передумали? – с прищуром уточнил майор.

– Нет – значит, не пожалею! – Она тряхнула головой и нетерпеливо переступила с ноги на ногу, украдкой поглядывая на часы. До прибытия поезда оставался какой-то час, а ей еще надо было успеть добраться до вокзала.