Читаем Допустимые потери полностью

Деймон ощутил первый острый электрический укол наслаждения и пожалел, что не попросил Оливера, чтобы он пораньше ушел из конторы и запер двери. Завтра он мог бы сказать Оливеру, что его хозяин не так стар, как может показаться.

— Мистер Проктор, — продолжала девушка, — высоко ценит ваш опыт и вкус. Как только вы присылаете ему пьесу, он сразу же принимается ее читать, что бы ни лежало у него на столе. И если вы замолвите за меня словечко, он послушается. — Она говорила не переводя дыхания и так близко наклонилась к нему, что ему не оставалось ничего другого, как уставиться взглядом на соблазнительные очертания ее груди под тонким свитером, под которым не было лифчика. Великолепное предложение, грустно подумал он, вспомнив свою молодость, которое преподносится ему прямо на блюдечке. Теперь он понял неотрывный взгляд Проктора, когда в присутствии Мелани он пытался обговаривать детали контракта.

Взволнованный, он заказал еще одну порцию, стараясь продолжить этот вечер. Девушка выпила свой стакан одним глотком, и он заказал для нее следующий. Теперь она раскраснелась от вина и говорила с еще большей скоростью и напором, чем раньше.

— Видите ли, — сказал он, оглядывая помещение в поисках тех, кто знает его и мог бы рассказать, что старый Роджер Деймон ныне шарит по колыбелькам. Не было никого, кого бы он знал, и Роджер несколько расслабился. — Видите ли, — повторил он, — над пьесой начнут работать еще не скоро. Пока нет режиссера. Да и автору придется переписывать весь первый акт.

— Все это я знаю, — нетерпеливо сказала она. — Но если вы шепнете мистеру Проктору на ушко, я буду ждать.

— Я бы посоветовал вам, мисс Дил…

— Мелани.

— Я бы посоветовал вам, Мелани, — он старался придерживаться отеческого тона, — не принимать предложений других ролей, пока вы ждете постановки.

— Мне нужно всего лишь получить возможность попытаться. — Теперь она говорила совершенно серьезно, склонившись к нему и неожиданно сильными пальцами взяв его за руку. — И вы должны предложить ему это. — Она отбросила волосы с высокого бледного лба. — Смотрите, — с вызовом сказала она, блестя глазами, — похожа я или нет на ту девушку, что вы описывали в офисе?

— Вы прекрасны, — мягко сказал он, стараясь взять себя в руки и придать комплименту более отеческое звучание, — моя дорогая.

Где-то неподалеку часы стали отбивать время.

— Уже поздно. Моя жена будет беспокоиться. — Шейла никогда не беспокоилась, если он приходил из конторы до восьми часов, потому что к тому времени он обычно звонил ей и говорил, что задержится на час — другой, но ему хотелось выглядеть любящим мужем перед этой искушавшей его девушкой, которая по возрасту вполне годилась ему в дочери.

— Я живу рядом с вами, — сказала она. — После того, как вы заходили к нам, на другой день, я посмотрела ваш адрес в телефонной книге. — Она засмеялась. В ее голосе снова прозвучали какие-то дикие и неконтролируемые нотки. — Мы можем пойти вместе. Я живу на Западной Двадцать третьей улице.

— Что ж, — сказал он, не зная, радоваться ему или огорчаться, что пригласил ее выпить с собой. — Обычно я иду пешком.

— А я самый великий пешеход, — она ухмылялась и поддразнивала его. — Я один из самых знаменитых пешеходов в Нью-Йорке. И на работу я не надеваю туфли на высоких каблуках.

— Отлично, — сказал он. Ему нужно было очутиться на свежем воздухе. И он сомневался, что она выкинет что-то неподобающее на глазах у публики в половине седьмого вечера. — Если вы этого хотите, мы пройдемся в нижнюю часть города вместе.

— Этого я и хочу. Я очень настойчивая девчонка, не так ли? — торжествующе произнесла она. Мелани улыбнулась, и зубы блеснули на ее юном лице.

— Перед вами большая дорога, — сказал он, расплатившись с барменом. — И в театре, и вне его.

— Можете быть уверены, — она легонько хлопнула его по плечу и, властно взяв под руку, повлекла за собой.

Погода окончательно испортилась, в лицо летела водяная пыль. Деймон подумал, что чистый садизм тащить девушку целую милю под дождем с ее прекрасными волосами, с непокрытой головой, в легких туфельках и чулках-паутинке. Остановившись у входа в отель, он сказал:

— Вечер отнюдь не для прогулок.

— Не думаю, — сказала она. — Пусть небо рушится, пусть северный ветер ревет.

— У вас есть шарф или что-то такое?

Она покачала головой.

— Когда утром я шла на работу, было солнечно.

— Возьмем такси, — сказал он. — Если нам удастся поймать его.

В ту же минуту к отелю подъехало такси, и к нему двинулась какая-то пара. Мелани кинулась вперед и успела схватиться за дверцу, прежде чем подошел мужчина, нацелившийся на такси, и вслед за ним женщина, которая увидела машину, поворачивающую на угол Сорок пятой улицы, и стала махать ей и кричать: «Такси! Такси!»

— Не вышел номер, мадам, — с мрачной победительностью изрекла Мелани продолжавшей волноваться женщине.

Она нетерпеливо махнула Деймону, приглашая его в машину. Он пересек тротуар и, влезая в такси, смущенно сказал женщине:

— Простите, мадам.

— Эти сегодняшние молодые люди, — тяжело дыша, ворчала женщина. — Эти варвары. А их речь!..