Читаем Допущение полностью

Эрэф, проворочавшись всю ночь на диване, многое передумал. Среди людей он прожил уже довольно долго и особого вреда от них не видел, разве что никто его не боялся как там, на Кольце, и никто не заискивал. В академике С. и Федоре Георгиевиче он неожиданно встретил близкие своему духу натуры. Это были опытные, смелые и незаурядные бойцы. Оба, в свое время, воевали, имели за спиной хорошую жизненную школу, были преданы своим убеждениям, но в то же время умели признавать собственные ошибки. С ними Эрэфу было просто, как с равными, и если бы не Иван... Иван опять испортил всю кашу. Видно было, что ему муторно, а все молол и молол без остановки, рыл себе яму, а заодно и отцу родному, и дорылся. Это Эрэф сразу понял, когда увидел, как переглянулись те двое. Теперь надо было исчезать.

Поэтому Эрэф сначала тщательно подготовился в дорогу, то есть вынес по частям и припрятал в укромном месте теплые вещи, инструмент, консервы, которые он запасал на непредвиденный случай, и лишь потом, сказав Наташе, что погуляет немного, дал деру. Здесь он тоже проявил осторожность, запутал следы: сменил несколько электричек и сошел на безлюдной станции.

Немногочисленные свидетели (билетерша в пригородной кассе и уборщица) показали милицейскому наряду, что да, брал вчера билет до Ахтинки мужчина описываемой наружности. Расплатился жеваным червонцем, явно не фальшивым. Имел при себе солидный и, по всей видимости, тяжелый портфель. В портфеле что-то брякало, скорее всего - железо. Ахтинские свидетели припомнили, что с вечерних электричек сошло трое или четверо мужчин подобной внешности с тяжелыми брякающими портфелями и устремились в сторону барахолки. Это было вчера. А сегодня на ахтинской барахолке таких мужчин было пруд пруди, и все с лохматыми бровями, сердитым взглядом и крайне недоверчивые...

--------------------------------------------------------------------------

----

Академик С. вернулся из Москвы на третий день и сразу прошел в кабинет Иванова.

- Попросите никого не принимать, - сказал он. Иван высунулся из дверей, немного поболтал с секретаршей, потом защелкнул замок. Академик уже повесил пальто и шляпу в шкафу и расположился в кресле, искоса поглядывая на эскиз какого-то непонятного устройства.

- Готов, Сергей Александрович, - Иван сел тоже. Помолчав, академик начал с откровения:

- В более глупом положении я еще не бывал. Но давайте уточним для порядка. Вы тогда о себе правду сказали, или это был розыгрыш?

- Я тогда сказал правду, - отозвался Иван.

- Я вам верю А там, в столице-матушке, засомневался было. Дурят, думаю, тебя, старого перечника, - академик грустно улыбнулся и сказал очень серьезно: - Что в этой истории самое страшное? Да то, что вы - все еще человек Кольца. На силу вы отвечаете еще более мощной силой. Ваш М-эффект родился постольку, поскольку вам угрожали. Ваши беды вы перенесли на Землю и поневоле втянули в эту опасную игру нас. А ведь нам еще рано играть в ваши игры. По сравнению с вами, мы - дети. Понимаете вы это?

- Да, - тихо произнес Иван. - Понимаю.

- Тогда, может быть, вам вернуться? А уж мы тут как-нибудь сами... разберемся.

Академик был тысячу раз прав. Было лишь одно "но", и Иван им воспользовался.

- Мне сейчас трудно об этом говорить, Сергей Александрович, но представьте, что было бы, если бы я действовал, как обыкновенный агент. Как действуют все агенты, будучи пассивными наблюдателями. О, я был бы осторожен. И все бы шло по плану. И в конце концов, Земля неизбежно стала бы колонией Кольца... Вот когда вам стало бы страшно.

- Ну, а если бы не стала? - спросил академик.

- Поверьте мне, это было неизбежно.

- М-да, - академик встал и прошелся по кабинету. - Действительно ситуация. Я и не предполагал, что все так серьезно. Втянули вы нас в драчку.

- Драка пока отменяется, - Иван тоже встал. - На Кольце переворот, и у власти стоят разумные люди. Контакт, конечно, будет, но уже не с позиции силы. И я думаю, что Земля сможет кое-кого поучить человечности. Там по этому атавизму очень исстрадались.

- Вот как - исстрадались. Рыдающие оккупанты.

- Я вас понимаю. Конечно, целое человечество так сразу не переделаешь. Трудно это.

- А знаете, что мне сказали в Москве по вашему поводу? - спросил вдруг академик С. - Сам, мол, заварил кашу, сам пускай и расхлебывает.

Академик подошел к столу, приценился к заинтересовавшему его эскизу и сказал:

- Ну что же, мистер завоеватель. Будем продолжать работу до победного конца...

--------------------------------------------------------------------------

----

Эрэф отсутствовал почти уже неделю, и его как-то не хватало. Несмотря на старческое брюзжание, которое он себе изредка позволял, Эрэф был мужчина деликатный, ненавязчивый. Санька при нем моментально затихал, в это время Наташа имела возможность позаниматься домашним хозяйством. Да и поболтать с ним было интересно.

Эрэфом интересовался академик С., но получал ответ, что старик прихворнул. Академик чувствовал, что ему врут, и хитровато подмигивал.

И вот тут неожиданно Ивану пришла очень простая мысль.