Читаем Доминик полностью

Доминик практически плюхнулся обратно на свой стул, в то время как Дэмиен заваливался на него, умирая от смеха. Закатив глаза, я снова повернулась к сэндвичу и, только-только собираясь его уже поднять, как услышала звук скрежета стула о пол, а затем почувствовала жгучую боль, пронзившую мой зад.

— Оу, кажется, это довольно больно, — рассмеялся Райдер.

— Ох, что это? Неужели это рак на той горе? И что я слышу, он что, свистит? — усмехнулся Алек.

Проигнорировав их обоих, я развернулась и прыгнула на Доминика, который стоял у меня за спиной, уже готовый схватить меня. Ублюдок был так быстр. Он блокировал каждый мой удар, и даже попытка пнуть его с треском провалилась. В конечном итоге смех парней и самодовольная физиономия Доминика довели меня до слез. Фальшивых слез, естественно.

Я закрыла ладонями лицо и, отвернувшись от Доминика, громко заплакала. Тишина моментально заполнила комнату, и всего три или четыре секунды спустя тело Доминика уже было прижато ко мне.

— Черт, детка, прости, я не хотел… Ауч! — взвизгнул Доминик, когда я заехала ему локтем в живот.

Он хватал ртом воздух, наклонившись вперед в попытке ослабить боль, но я только усилила её, ударив его коленом по причинному месту. И хоть я и ударила его совсем не сильно, но он все равно рухнул на пол и застонал так, будто был уже при смерти. Все его братья ахнули и схватились между ног, словно тоже могли почувствовать его боль. Закатив глаза, я отошла от Доминика, а затем взяла свой сэндвич и доела его.

— Ты ужасная женщина, — шокировано произнес Алек и поморщился, посмотрев на своего младшего брата, который корчился от боли на полу.

Я улыбнулась Алеку, заставив его вздрогнуть, словно у него из-за меня побежали мурашки.

— Мне кажется, я влюблен в тебя, — восхищенно признался Дэмиен.

Я фыркнула.

— И я тебя люблю, Дэйм.

Мои глаза слегка расширились, потому что хоть я и сказала это в шутливом тоне, но я действительно любила его. Я любила его и всех его братьев так, словно они были и моими братьями тоже.

Осознав это, я почувствовала, как сердце забилось чаще, а в груди разлилось ощущение счастья, и мне понравилось это чувство, по-настоящему понравилось. Впуская в свою жизнь людей, я начинала чувствовать, что она становилась полноценной. Не знаю, зачем я пряталась от этих чувств на протяжении стольких лет.

Дэмиен подмигнул мне, в то время как Доминик осторожно поднялся с пола и, вздрагивая, подошел ко мне, а затем обнял меня.

— Как же мне больно, — простонал он мне в волосы.

Я закатила глаза и, обвив руки вокруг его талии, погладила его по спине.

— Это научит тебя никогда больше не шлепать меня по заднице, так ведь?

— Да, — хором ответили все братья.

Я посмотрела Доминику через плечо и приподняла брови.

— Почему это вы все сказали «да»?

Райдер пожал плечами, ответив:

— Мы все только что усвоили, что нам никогда не стоит бить тебя по заднице, даже если мы и делаем это в шутку, потому что последствия будут просто ужасными.

Я фыркнула и снова повернулась к Доминику, который по-прежнему прятал лицо у меня в волосах. Я подтолкнула его немного, пока он не повернул голову, предоставив мне доступ к его щеке, которую я поцеловала, прежде чем потянулась к его уху и прошептала:

— Я потом поцелую его.

Доминик сильней прижал меня к себе, прорычав, что заставило меня усмехнуться. Он попытался поцеловать меня, но я увернулась, не давая ему такой возможности.

— Что вы вообще здесь делаете? И где моя сестра? — громко спросила я, когда Доминик, наконец, бросил все попытки поцеловать меня и снова зарылся лицом мне в волосы.

— Она поехала за Аланной, — ответил мне Райдер.

Аланной?

— Моей Аланной? — спросила я.

Доминик усмехнулся мне в волосы, скользнув ладонями к моему заду, и начал поглаживать то место, по которому ударил, за это я ущипнула его за плечо, что ему показалось чертовски забавным.

— Да, твоей Аланной, — ответил мне Дэмиен.

— Зачем? — спросила я. — Уже полдвенадцатого ночи!

— Мы идем во «Тьму», — пробормотал Доминик мне в волосы.

Я отстранилась от него, пока он не посмотрел мне прямо в лицо.

— Но сегодня среда, а не пятница.

Доминик усмехнулся.

— И?

Я проворчала.

— Разве ты дерешься не только по пятницам?

Он пожал плечами.

— Я дерусь тогда, когда Марко звонит мне и говорит об этом.

Я нахмурилась.

— Прости. Я бы не стала бить тебя, если бы знала, что у тебя сегодня бой.

— Успокойся, я в порядке. Едва ли что-то почувствовал, — сказал Доминик.

— Ты притворялся, когда только что валялся на полу, постанывая от боли? — спросил Дэмиен.

Доминик перевел взгляд на своего близнеца и кивнул.

— Ага.

Дэмиен и его братья фыркнули, в то время как я посмотрела на свою пижаму и вскрикнула, оттолкнув от себя Доминика.

— Мне нужно одеться! — выкрикнула я и бросилась в свою спальню, сопровождаемая смехом Доминика, последовавшим мне вдогонку.