— Мучают меня смутные сомнения, а не было ли у этого рыбака-нелюдя напарника? И выложил ей на стол ай-ди жертв. Она полистала их, даже побледнела.

— Обоснуй предположение.

— Я могу и ошибиться, но… мы с Моше уже одну «рыбку» отловили. Один на лебедке, второй за штурвалом. Как можно по другому — пока даже представить не могу. Одному больно опасно.

— Почему же он не выгреб все раньше?

— Штрафная зона охраняется. А вот теперь, зная о том, что не нашли нычки, он может попытаться забрать компромат и деньги. Там тысяч сто было. Еще не пересчитал точно. Почему бы твоим мальчикам не поставить срочно камеры наружки и в левой, по ходу, каюте. Именно там все это было обнаружено. А то подловит его охрана порта, а он дурака включит, мол просто полюбопытствовать зашел. Ищи его, Светлана. Очень надеюсь, что найдешь.

— А мои-то засранцы не нашли ничего при обыске. Я им еще устрою разбор полетов.

— Это потом. Пока не свети находку. На это весь расчет. Сейчас, считай, на крысу капкан насторожен. И по другим каналам, наверное, не стоит пока шуршать. Скажем, за неделю не проведает баркас, тогда и подключай ресурсы. А там, тебе видней. Мне агрономия ближе и понятнее. Да и приятнее, если честно.

— Спасибо, агроном! улыбнулась она. Прямо сейчас все и организуем. Если бы ты оказался прав. Что угодно проси.

— Точно? усомнился я. Она усмехнулась.

— Точно, точно, не сумлевайся, барин. На такой перспективной ноте и распрощались.

В машине никого не было. Хорошо, хоть с телефонами были. Позвонил. Кто бы сомневался, шопоголизм — это заразно. Хорошо ключи запасные от машины были. Залез, завелся, включил климат-контроль и погрузился в обдумывание ситуации. Вроде все правильно сделал. Наконец и барышни пришли, точнее — приползли под тяжестью покупок. Не такой и большой багажник оказался, всего-то три девушки по магазинам пробежались, а загружать уже и некуда. С трудом, но справились и убыли на ферму. Там помянули погибших девушек, потом я отправил на базу Бониту с вещами Джи и ее и вернулся назад. Джи улетела на Робинсоне, а я остался у Марты. Все не мог забыть картину с ее декольте перед гопниками. С Моше связался и договорился, что утром его заберу и сразу на рыбалку. Заночевал у Марты.

День 164

Дорвался вчера к Марте, как Мартын до мыла. И она не отказала в такой благости, пошла на встречу. Разговелся по-полной программе. Даже будильник поставил, мне же еще прапора забирать. Это тут он Моше. Свезло еще, что проснулся за пару минут до рева сигнала, который превентивно придушил и стал собираться. Гляжу, а моя красотуля не спит, за мной наблюдает. А потом принялась хохотать, что бы не сказать ржать.

— И чего смешного увидела? Поделись, вместе поржем.

— Да я не с тебя, расслабся. Бониту вчера вспомнила. Оказалось, что мелкая не хвасталась прошлыми успехами и компенсацией. А я не знала и проболталась Боните. Та просто обалдела. Идешь, попой крутишь, за нее хватают, даешь в морду, получаешь компенсацию и… Шоппинг! На следующий вояж с нами попросилась.

— Жоппинг, не выдержал я. Где бы оказалась Джи, если бы рядом тебя не было? Про дальнейшие «радости» даже думать и фантазировать нет желания. Это такая же важная операция, как диверсионная. Два раза сказочно повезло, да еще Беляева крышевала. А без нее… скушно могло получиться. Марта призадумалась.

— Пожалуй, ты прав. Что-то в лесу опрокинулось. Обычно спорит до посинения. Я же быстро посетил туалет, душ и перекусил. Чмокнул Марту, но не в уста сахарные, а уделил внимание ее «близняшкам», если кто не понял — грудям. Причем обеим, что бы обид не было. В уста, после романтического ужина, где чего попало жрут, избегая разве чеснок с луком, и черти чем позанимавшись пол-ночи, кому на сколько сил хватит, только герои голливудских фильмов могут. Тут уж я становлюсь недоверчивым, как Станиславский. Вот не верю я, что после такой увлекательной программы со рта не штыняет утром. НЕ ВЕРЮ! Мало того, ЗНАЮ! А что бы вот так, не выпрыгнув из-под одеяла и в засос, в самые десны… это разве у самих артистов. Они к сцене пробуждения пол-дня готовятся, душ или джакузи, самые навороченные щетки и зубные пасты, эликсиры или жувачки. Тогда да, понять можно. И то не всегда. В чудесном фильме «9.5 недель», Микки Рурк чего-то не поделил со своей героиней. Что за кошка между ними пробежала — не знаю, да и пофиг, но… этот э-э-э джентльмен нажирался перед съемками чего-нить с чесночком и луком, выкуривал пару термоядерных партагасин и демонстрировал пламенную любовь и жгучие, в полном смысле этого слова, поцелуи. Понятное дело, героиня, спасая гонорар, дотерпела это безобразие, но больше не снималась с ним. А жаль, фильм вышел замечательный не только для тех, кто НЛП знает.

Хоть я и прибыл на СЗ пораньше, но прапор уже был на месте.

— Привет! Тебя чего, из дома выгнали? поинтересовался я.

— А что, так заметно? Всего-то еще раза утром хотел супружеский долг исполнить, мы же, за последние дни, сколько переходов сделали. Организм требует. Так супруга маньяком обозвала и выгнала, что бы не опоздал. И прапор огорченно махнул рукой.