Читаем Домбайский вальс полностью

– Мы вместе, – сказала Света многозначительно, демонстрируя сведенные на морозе красиво выступающие скулы, как у Марлен Дитрих, которая не пожалела ради убийственной красоты выдрать несколько крепких коренных зубов, чтобы понравиться Эриху Марии Ремарку, Эрнесту Хемингуэю, Жану Габену и всем остальным своим великим любовникам. Лесной подтвердил своё согласие кивком массивной головы, улыбаясь наивными добрыми глазами сквозь очки.

– Итак, что такое горные лыжи? – И сразу добавил: – Не слышу ответа.

– Лыжи – это рельсы коммунизма, – дружно ответили Света и Лесной. Света не выдержала серьёзности и прыснула молодым смехом, согнувшись в пояснице буквой «глагол».

– Тихо, тихо! – заметил Тонис. – Ничего не вижу смешного. – Какой основной элемент в технике лыжного поворота?

– Боковое соскальзывание с падением на бок.

– Правильно. Молодцы! Теорию вы усвоили. Это похвально. Но повторить всегда полезно. Повторение – мать учения. Осталось совсем немного: научиться поворачивать на параллельных лыжах. Для начала приступим к освоению косого спуска. – Тонис помолчал, точно собираясь что-то вспомнить. – Да, вот ещё что, совсем забыл. Кто самый великий лыжный поэт из ныне живущих?

– Уилсон Макдональд, – снова хором ответили Света и Лесной. Теперь расхохотались все трое.

Отсмеявшись, Тонис сказал, выпуская пар изо рта:

– Правильно, чёрт побери.

Лесной поднял руку, как примерный ученик в школьном классе:

– Можно добавить, господин учитель?

– Валяйте, – интеллигентно разрешил Тонис.

Лесной изобразил отвечающего у доски недотёпу и протарахтел, без остановок и без знаков препинания, уже знакомый читателю текст из письма Ленина к Инессе Арманд: «Тра-та-та-та-та и Россией пахнет». Света от смеха стала судорожно икать.

– Хорошо, садись, – сказал Тонис, изображая школьного учителя. – Только в следующий раз надо читать с выражением. А теперь приступим к практической части. Становитесь здесь, рядом со мной, – он повёл рукой, показывая, где им встать. – Показываю. Держаться нужно совершенно свободно, раскованно. Корпус повёрнут от склона. Во так. Колени вместе, чуть отклонены к склону. Понятно? Ноги должны пружинить. – Он несколько раз свободно покачался на ногах, сгибая и выпрямляя их в коленях. – Руки с палками держать вот так. Повторяйте всё за мной.

Лесной попытался неестественно изогнуть своё тучное, как у скандинавского моржа, тело буквой «ижица», пошатнулся, взмахнул нелепо руками с повисшими на них лыжными палками и чуть не шлёпнулся мягким задом на жёсткий снег.

– Эй, Юрий Гаврилович, – попыталась ободрить его Света, – если вы на месте падаете, ещё не начав движения, то коньяк у Юры Яшина уже в кармане. Я считаю, что делать нам здесь больше нечего. Надо выбросить белый флаг и поскорей возвращаться домой, пока я не превратилась в ледяной столп, как библейский Ной.

– В ледяной столп превратился не Ной, а жена Лота, – сказал Тонис. – И столп был не ледяной, а соляной.

– Да ты, оказывается, настоящий звездочёт и мудрец, мой милый Тонис! – красиво удивилась Света, изящно скривив смазливое личико и выпуская из прелестного ротика клубы морозного пара. – Лыжник, а тоже соображает. Удивительное дело!

– Но, между прочим, не скопец, – интеллигентно намекнул Тонис, не в силах долго сдерживать обиду вынужденного воздержания.

– Ничего, – сказал Лесной в ответ на выпад Светы в свой адрес. – Посмотрим, очаровательный невропатолог, какой вы сейчас забьете прелестный гвоздик на этом ледяном склоне.

– Я не невропатолог, а рентгенолог. Сколько раз вам надо это повторять? А гвозди – это по вашей части.

– Поехали! – скомандовал Тонис и легко соскользнул по косому склону метров на двадцать вниз и вбок. – Повторяйте за мной! – крикнул он.

– Прошу вас, миледи! – предложил Лесной Свете, вытянув ладонь в перчатке в направлении Тониса.

– Нет уж, сначала вы. Вы же кролик.

– Завещаю мой труп медицине, – мрачно произнёс Лесной, отталкиваясь дрожащими палками.

– Уверена, он не поместится на анатомическом столе, – радостно прокричала ему вдогонку Света.

Снизу за ними наблюдал Тонис, кивая едва заметно головой, словно говоря: «Так-так-так! Полная безнадёга. Я проиграл» Он покрикивал:

– Не держите лыжи плоско. Старайтесь их кантовать, наваливаясь на нижнюю. На бугре присядьте, в яме – выпрямляйтесь. Не глядите себе под ноги, как будто что-то потеряли. Переведите взгляд вперёд. Остановка – боковым соскальзыванием.

Когда Света и Лесной добрались, наконец, до Тониса, тяжело дыша, как загнанные лошади, выпуская из разинутых ртов пар, Тонис сказал:

– Теперь в другую сторону. Палками упритесь позади себя. Чуть отклоняемся назад. Так. Нижнюю ногу перекидываем на 180 градусов. К ней приставляем верхнюю. Теперь верхняя становится нижней, а нижняя верхней. Понятно? Показываю ещё раз

Тонис легко, словно играючи, переставил одну лыжу, изобразив балетную позу в четвёртой позиции. Постоял недвижимо, показывая, как это просто, и перекинул вторую.

– Повторяйте! Юрий Гаврилович, сначала – вы. Палки – назад.