Читаем Дом Солнц полностью

– Каждый помнит то, что считает нужным, – отозвался я. – Мне вот ценнее недавние события.

– А мне – их первопричина. – Чистец натянуто улыбнулся. – Каждому свое, дорогой мой. Так или иначе, Дар Небес… Они просто исчезли. Поговаривают, что они повздорили с Нереидами Третьей Фазы, цивилизацией-клиентом, из-за стоимости освоения суперокеана. Жаркий спор захлестнул несколько систем. Другая молодая цивилизация, Пластики, воспользовалась моментом и захватила почти всю территорию Дара Небес. Но и они долго не протянули.

– С ними-то что случилось? – спросил Аконит.

– Пластики оказались слишком непластичны, – сострил Чистец. – Но после их краха и от Дара Небес остались одни руины.

– Это Пластики построили космоподъемники и орбитальное кольцо? – спросил я.

– Нет, и то и другое появилось на шесть-семь цивилизаций позднее. Кольцо и подъемники построили Кормильцы. Они просуществовали минимум четыреста двадцать килолет, потом вымерли.

– А нынешняя цивилизация? – спросил я.

– Они называют себя Свидетелями и рады возможности просто жить здесь и, в зависимости от политических пристрастий, изучать Фантома или поклоняться ему. Города они строят на фундаменте, оставленном Даром. Это проще, чем вбивать сваи в кору планеты, и Фантома не разозлит.

Вблизи Имира стало ясно, о чем говорил Чистец. Из дюн торчали четыре жестких черных «пальца»-обелиска Дара Небес. Каждый наклонился градусов на сорок пять. Самый короткий «палец» был четырех-пяти километров длиной, самый длинный (один из средних) – как минимум восьми. На расстоянии, да еще в лучах заката, казалось, что они унизаны драгоценными кольцами с голубыми камнями. Эти кольца и были Имиром. Свидетели построили город на «пальцах», в основном вокруг «первого сустава». Лазурные башни поднимались с наклонных обелисков – витые, желобчатые, как раковины чудесных обитателей моря, отливающие золотом и серебром. Их опутывала паутина тонких решетчатых лестниц, соединявших «пальцы». Воздух блестел от ярких суетливых точек – летательных аппаратов, снующих между ними.

Когда шаттлы приблизились к Имиру, три точки бросились нам навстречу, чтобы сопроводить к самой высокой башне на самом длинном «пальце». Эти сложные рубиново-золотые устройства напоминали не то стрекоз, не то орнитоптеров. Впрочем, механические крылья с золотыми прожилками или перьями бились слишком быстро и суетливо, чтобы быть единственной движущей силой. В голове каждого аппарата скрывалась кабина, похожая на воспаленный глаз, зажатый когтями. Внутри распласталось по пилоту в очках и шлеме – лежа на животе, они двигали рычаги управления. Вокруг стрекоз сопровождения вились дроны размером с птицу – крошечные беспилотники.

В воздушном пространстве Имира царила самая настоящая давка. Сопровождающие заманивали нас в джунгли башен, перекидных мостов, галерей. Свита все росла и росла – корабли пристраивались к нам, вроде бы держали дистанцию, но не отставали. У местных жителей были крылья разных форм и моделей, которые, однако, служили только для регулировки направления, а непосредственно полет обеспечивали леваторные рюкзаки или пояса.

– Какое-то время вы будете в центре внимания, – предупредил Чистец. – Гости на Невме – редкость, последние шаттерлинги прилетали шесть лет назад.

– Мы справимся, – заверила Портулак.

Черные «пальцы» Дара Небес заслоняли поверхность планеты в километрах под нами. Легко забывалось, что город примостился на падающих башнях цивилизации, которая уже два миллиона лет не дышала воздухом Имира. Далеко не впервые меня глубоко потрясло осознание собственного возраста – сколько воды утекло с тех пор, как я родился девочкой, цельным человеческим существом в разросшемся доме, наводненном призраками.

Вскоре мы подлетели к самой высокой башне – винтовой, с украшенной самоцветами луковицей на макушке, балконами и выступающей полукруглой площадкой на контрфорсах, которая легко вместила бы и оба шаттла, и свиту. В воздух поднялся крылатый беспилотник, а шаттл Чистеца встал на острый хвост, который расширился, превратившись в треногу. Челнок Портулак сел рядом. Через секунду у посадочной треноги показался Чистец и на леваторном диске спустился на площадку. Диск тут же вернулся и заблокировал корпус.

Люк шаттла Портулак открылся, появился трап с перилами. Я тут же почувствовал свежесть и прохладу имирского воздуха; когда вдохнул новые ароматы, закружилась голова. Нет, было вполне приятно, вроде намека на опьянение от первого глотка вина. Портулак взяла меня за руку и повела вниз по трапу. Аконит и Волчник следовали за нами.