Читаем Дом напротив полностью

– Это уже не смешно! – и Калле заторопился. Он решил, что, наверное, Джоэль опустил жалюзи, вот только не мог взять в толк почему. Потом он сообразил: ну конечно же, для того, чтобы мама Джоэля не увидела их с улицы. Догадка была логичной, и Калле наказал самому себе закрыть жалюзи ради Джоэля после того, как он отыщет выпивку.

– Я НЕНАВИЖУ ТЕБЯ!!! – раздался очередной вопль Молли.

Калле почувствовал, как странное тепло растекается по всему его телу – именно сейчас, в данную минуту, он был для неё самым важным человеком на земле.

* * *

До этого дня Джоэль никогда не бывал в комнате умершего человека. Его собственный дом в счёт не шёл. Ему было всего лишь пять лет, когда умерли дедушка с бабушкой, и ему всегда казалось, что дом скорее принадлежит ему, а не им. Здесь же всё ощущалось иначе. Личность умершего владельца вовсе не стёрлась, и сейчас это по-прежнему была комната Джонатана.

Для подростка эта комната выглядела несколько странноватой. Здесь не висело ни одного постера с изображением известного спортсмена или певца. Вместо них все стены над кроватью были обклеены рисунками. Семь рядов рисунков, по двенадцать листов формата А4 в ряд. Они располагались горизонтально, широкой стороной вниз, и висели в таком идеальном порядке, что казалось, будто их развешивали при помощи линейки и угломера.

Джоэль подошёл ближе и увидел, что на всех листах нарисованы люди. Почти на каждом листе повторялось изображение рыжеволосого мальчишки, и если фигуры, окружавшие его, были нанесены чёткими уверенными контурами и закрашены яркими красками, то мальчишка везде представлял собой фигурку с размытыми краями, написанную бледной акварелью.

Не хватило умения. Так подумалось тогда Джоэлю. И это повторялось… он посчитал: на первой, второй, третьей, четвёртой, пятой, шестой, седьмой картинке с первого по второй, третий, четвёртый, пятый ряды.

Семь, пять.

Как и весь дом, эта комната была хорошо обставлена, так что даже не верилось, будто она уже пару десятков лет как стоит покинутой. Внезапно Джоэль почувствовал: за ним наблюдают. Он приоткрыл дверь и выглянул в коридор, но тот по-прежнему оставался пустым, как и тогда, когда он вышел из туалета.

Джоэль шагнул обратно в комнату и на всякий случай запер дверь изнутри. Из того, что он сейчас увидел, ему ничем не хотелось делиться с Калле – тот бы всё не так понял. Сразу начались бы смешки и шуточки, а этого в комнате Джонатана делать было никак нельзя.

Каким-то непостижимым образом Джоэль вдруг почувствовал, что эта комната имеет отношение к нему, а не к Калле. Это он нашёл её и теперь должен оберегать.

Он поставил фотографию на письменный стол и выдвинул верхний ящик. В нём оказалось множество карандашей, отсортированных по цвету.

Он выдвинул средний ящик. Здесь лежала чистая бумага, отсортированная по размеру.

Наконец, Джоэль выдвинул нижний ящик. В отличие от первых двух, здесь всё валялось вперемешку: использованные батарейки, сломанные карандаши и дешёвые фигурки ярких цветов, вроде тех, что находят в киндер-сюрпризах. Ещё там лежал карманный фонарик – он попробовал зажечь его, но ничего не вышло. Кроме этого здесь валялось с дюжину тонких четырёхугольных пластин. У каждой одна из сторон была обхвачена металлической пластинкой. Сдвинув её, он увидел полоску чёрной плёнки. Джоэль не знал, что это была дискета. Зато прямоугольную штуковину из прозрачного пластика он узнал сразу – магнитофонная кассета. У его мамы имелась целая коробка, набитая подобными вещицами. На кассете, которую он держал в руке, изящным почерком было выведено: «Записи Джонатана, октябрь-92».

К сожалению, в ящике не оказалось аппаратуры, чтобы послушать кассету. Отложив её в сторону, Джоэль открыл гардероб.

На вешалках висела чистая, выглаженная одежда, внизу стояла вычищенная обувь.

Заглянув в комод, он не обнаружил ничего интересного, кроме белья, носков и футболок.

Книжная полка висела вся на виду, и, казалось, что-то спрятать на ней было попросту невозможно, но Джоэль всё равно обследовал каждый сантиметр, прежде чем оставил её в покое.

Рядом с кроватью стояла тумбочка, из замочной скважины в дверце торчал ключ. Джоэль повернул его и, открыв, увидел ярко-жёлтую коробочку с прикреплёнными к ней наушниками. В окошке на верхней стороне виднелись два острия, и, когда он нажал на PLAY, они начали вращаться.

Он нажал STOP, уселся на пол и попытался вставить кассету. Это оказалось труднее, чем он предполагал, и только с третьей попытки у него всё получилось.

Джоэль надел наушники, и все посторонние звуки исчезли, утонув в музыке. Мягкий женский голос, шепча, поплыл над аккордами синтезатора:

* * *