Новенький велосипед с тисненной золотом маркой завода был щедро оснащен разными кожаными сумочками, ручным тормозом, сиял блестящими держателями; лакированная рама могла посоперничать по яркости раскраски с фазаньим пером. Витя берег свой велосипед пуще глаза: кататься выезжал только в сухую погоду, дорогу выбирал без сучка, без задоринки и, если встречал подозрительную канавку, не стеснялся переносить велосипед на себе. Алеша Прахов уверял ребят, что осенью он сможет выступить в школе с докладом и на основании самого тщательного подсчета докажет, что не велосипед возит Кораблева, а наоборот.

Услышав звонок велосипеда, ребята оставили лошадей и выбежали на, тропинку.

Они были немало изумлены, видя, как Витя во всю мочь жмет на сияющие педали, не разбирая ни ухабов, ни рытвин.

– Ребята, небывалый случай! – сказал Прахов. – Витька Кораблев – и такая скорость… Это же чепе!

– Ясно, чрезвычайное происшествие. Может, у Кораблевых заболел кто, Витька в больницу гонит? – заметил Митя Епифанцев.

– Эй-эй, Кораблев! Что случилось? – закричал Алеша.

Витя резко затормозил, спрыгнул со скрипучего седла, затянутого белым чехлом, и вытер вспотевшее лицо.

Был он сильный, круглолицый, с пухлыми губами. Клетчатая кепка едва прикрывала копну белокурых волос.

– Понимаете, ребята, какое дело… – сглотнул он слюну. – Варька Балашова пропала!

– Как – пропала? – подался вперед Костя.

– Загадочная история! Пионеры из похода вернулись, а Вари нет и нет…

– Вот так история с путешествием по родному краю! – присвистнул Прахов. – Великая исследовательница малой реки Чернушки и ее притоков в плену у диких племен. Снаряжаю спасательную экспедицию. Записываю! Подходи!

– Прищеми язык, болтолог! – прикрикнул на него Митя Епифанцев. – Какие тут шутки!

Колька, заглядевшийся на велосипед и даже успевший почтительно погладить светлый руль и звонок, вдруг почувствовал, как его дернули за рукав.

– Где Варя? – грозным шепотом спросил Костя.

– И совсем она не пропала, – с невинным видом сказал Колька. – Позади нас шла все время. Потом отстала чуток: ногу на что-то напорола в болоте.

– Так что же мы стоим! – заторопился Митя. – Встретить надо, помочь…

– Я встречу, вы не беспокойтесь! – покровительственно заметил Кораблев и занес ногу через раму велосипеда.

Костя с досадой перебирал сыромятный ремешок уздечки. Как же так? Он ведь первый узнал от Кольки, что Варя отстала от пионеров, но ему почему-то и в голову не пришло, что с ней могло что-нибудь случиться…

Костя пристально посмотрел на Витю. Что-то шевельнулось в его душе, но настолько слабо уловимое, неосознанное, что он, верно, никогда бы никому в этом не признался. Только одно стало ясно – что ему, и только ему, надо первому встретить Варю Балашову.

– Послушай, Виктор! – Костя подошел ближе, коснулся дужки руля. – Дай велосипед… Знаешь, какую я скорость могу развить!

Витя удивленно и чуть насмешливо оглядел Костю. А он что же, колченогий, увечный? А насчет скорости пусть Ручьев вспомнит, как они бегали стометровку. Всем же известно, кто тогда пришел первым.

– Так то на своих двоих, а тут на машине… Будешь все ямки объезжать… – сорвалось у Кости с языка, в чем он очень скоро раскаялся.

Витя, как подстегнутый, вскочил на седло и поехал с такой скоростью, что Алеша схватился за голову и заявил, что теперь от велосипеда останутся одни рожки да ножки.

Но Витя катил себе и катил. Он был уже недалеко от моста. Но тут и сбылось предсказание Прахова: на каком-то злополучном ухабе велосипед так подбросило, что Витя полетел с седла.

Он поднялся, потер ушибленную ногу, отряхнулся от пыли и принялся колдовать над машиной.

– Так и есть: авария! Камера лопнула или цепь порвалась! – горестно воскликнул Алеша и осуждающе посмотрел на Костю: – И охота тебе дразнить его!..

– Да о чем разговор! – перебил их Митя. – Можно и пешком встретить.

– Зачем же пешком? – Костя вдруг потрепал Гордого по влажным розовым ноздрям и заглянул в темные и глубокие, как колодцы, глаза, словно хотел спросить коня, друг он ему или нет.

Гордый, благодарный за ласку, играя, ухватил Костю крупными перламутровыми зубами за плечо.

– Ну-ну, не балуй! – Мальчик отстранился и легко взбросил свое поджарое тело на спину Гордого. – Ребята, я мигом! – крикнул он оцепеневшим приятелям и пустил коня размашистым галопом.

– Ручей, куда ты? – всполошился Паша Кивачев. Но Гордый был уже далеко. Он летел как стрела, перемахивая через канавы и рытвины, рассекая грудью кусты ивняка, обступавшие тропинку.

В том месте, где река делала большую петлю, Костя круто повернул коня к берегу и пустил вплавь.

– Правильное решение – напрямик режет! – восторженно одобрил Алеша Прахов.

Паша хотел было напомнить ребятам о строгом конюхе Новоселове, но только покачал головой и произнес, не то одобряя, не то осуждая Ручьева:

– Вот голова! Всегда-то он все с превышением делает.

Глава 3

Зеленый луч

И откуда было знать Варе Балашовой, что навстречу ей спешат и всадник, и велосипедист, и пешие?