Читаем Дом Эмбер полностью

— Парсонс, что, во имя Господа, с тобой происходит?

Погруженная в свои мысли, я вышла на улицу, где в машине уже ждал Ричард. Но когда я уходила, то с некоторым удовлетворением заметила, что все мои брауни были съедены до последнего кусочка.

Ричард сбавил скорость, когда мы слетели на гравиевую дорожку Дома Эмбер. Шины закрутило, задняя часть автомобиля начала разворачиваться. Я мертвой хваткой вцепилась в подлокотник. Мы затормозили перед входной дверью.

— Спасибо, Ричард. Было здорово познакомиться со всеми этими людьми. Передай своему отцу, что я очень ему благодарна за Атаксию.

— Нет проблем, Парсонс. — Он улыбнулся мне одной из своих кривоватых улыбок.

— Ну, — сказала я, — спокойной ночи. — Я открыла дверцу, но он поймал меня за руку. У меня даже не было времени на волнения по поводу отсутствия опыта. Он просто потянул меня на себя и поцеловал.

Мягкие губы. Щетина. Клубника. Запах одеколона. Кончик его языка лишь слегка прошелся по моим губам. Его рука всё ещё крепко сжимала мою. Рычаг переключения скорости давил мне на ребра.

Это было не то, что я себе представляла с различными вариациями за последние несколько лет. Но очень интересно. Я не думаю, что мои губы когда-нибудь были столь живыми.

Он отпустил меня и я откинулась на сидение. Меня только что в первый раз поцеловал парень, о котором мечтает любая девушка, и я не знала, как на это реагировать. Значило ли это, что я безнадежная неудачница? Значило ли это, что… я ему нравлюсь?

— Спокойной ночи, Парсонс.

— Спокойной, Хэтэуэй, — ответила я, попытавшись изобразить холодный тон. Правда, он оказался слегка пронзительным. Но это стало причиной очередной удовлетворенной и кривоватой ухмылки.

Я выбралась из машины, захлопнула дверцу и заставила свои ноги двигаться. Я не оглянулась.

Ричард завел двигатель бимера, полетел гравий. Затем он вырулил с подъездной дорожки.

А Джексон вышел из тени и встал передо мной.

— О Господи! — выдохнула я, сначала испугавшись, затем пристыженно. — Ты меня напугал.

— Прости.

— Хм, это, — я неопределенно махнула рукой, — не моя идея. — С чего я вообще оправдываюсь перед ним. — Уже так поздно. Я не ожидала, что ты будешь тут.

Он пожал плечами, затем кивнул в сторону фонарика на ступеньках.

— Думал, что мы сможем продолжить наши поиски.

Я внутренне поежилась. Я пришла домой поздно, уставшая от напряжения на вечеринке, где я не была знакома ни с единой душой. У меня был первый поцелуй с парнем, который теперь может подумать, что я начала заикаться, и, по правде говоря, в этот самый момент я просто была не в состоянии рыться в очередных коробках.

Мое нежелание, должно быть, явственно читалось. Лицо Джексона затуманилось.

— Не обращай внимания.

— Прости. Я просто устала и всё. Не думаю, что я сегодня готова столкнуться лицом к лицу ещё и с тенями.

— Всё правильно. Как-нибудь в другой раз. — Он потянулся к полоске кожи, повязанной вокруг его шеи. Затем вытянул шнурок, с которого свисала гладкая капля жженого желтого камня. Он поймал отблеск света от лампы на крыльце.

— Я уже видела раньше похожий камень. Как он называется?

— Это янтарь, — ответил он. — Ида говорила мне, что считается, что на этом камне лежит что-то вроде благословения. Всё, что я знаю, так это когда я одеваю его, я чувствую гораздо большую уверенность в том, что всё пройдет так, как было задумано. — Он протянул его мне.

Я взяла его. Камень был теплым в моих пальцах. Внутри было что-то темное. Боже! По коже пробежали мурашки. Дефектом в янтаре был паук, его длинные лапки застыли в той позиции, в какой его застала упавшая капля сока дерева миллионы лет назад. Изящный и смертоносный. Отвратительный и прекрасный одновременно.

— Я… я думаю, что он должен быть у тебя, — сказал Джексон.

— Я не могу забрать его у тебя, — я вернула ему камень.

Он взял его и, сделав шаг, оказался у меня за спиной, поднял кулон над головой и обернул вокруг шеи. Он сделал крепкий узелок, затем прошелся пальцами по выпавшей пряди моих волос, его пальцы прикоснулись к моей коже. У меня перехватило дыхание.

— В чем дело? — спросил он.

— Всего лишь… прохладно, — ответила я и решительно заправила волосы за ухо.

Он повернул янтарь таким образом, чтобы паук припал к моему сердцу.

— Уже достаточно поздно, — сказал он. — Может быть, нам лучше попытаться в другой раз.

— Может быть, — согласилась я. — У меня много дел завтра. И это мне напомнило…

— Что?

Я резко палила.

— Ты знаешь «Жидкий Янтарь» лучше всех. Как насчет быть в моей команде на регате?

— В клубе? — спросил он и покачал головой. — Ты должна быть членом клуба.

— Ричард сказал, что он всё устроит. — Я посмотрела ему в глаза. — Я хочу победить его. Но я не смогу это сделать без тебя.

Он поднял бровь.

— Побить Ричарда Хэтэуэя было бы весело, — сказал он. — Но, может быть, это не слишком хорошая идея.

Он вероятно прав. Но…

— Если я буду участвовать, — сказала я, пожимая плечами, — то только чтобы победить.

В ответ на эти слова он широко улыбнулся, его зубы сияли в темноту.

— Мы с тобой заодно, кузина.