Читаем Дом аптекаря полностью

Сведений о жизни Йоханнеса ван дер Хейдена, как и его работ, до нас дошло мало. Его семья, насколько можно судить, происходила из Северного Брабанта. Его отец, Арнольдус, перебрался в Амстердам, где стал относительно богатым фармацевтом и поставщиком красок и других материалов для художников. Йоханнес без охоты продолжил семейный бизнес. Упоминания о нем в письмах удачливых живописцев той поры (ван дер Мийна, Яна ван Оса и Яна Экельса) позволяют предположить, что он хотел бы зарабатывать на жизнь кистью. Исполнению желания мешало отсутствие необходимых умений и подготовки, а также решительное противодействие отца. Известно, что он восхищался работами богатого художника, торговца строительным лесом и собирателя, Корнелиса Плооса ван Амстеля (1721–1798) и состоял с ним в переписке (к сожалению, письма утрачены). «Спящая женщина с мимозой» (его единственное живописное полотно) выполнена в стиле педантичного, холодного реализма Хендрика Кеуна и Оуватера, но композиционно неорганизованна. Дошедшие до наших дней несколько набросков наивны и не представляют ценности. В условиях клановости, высокой состязательности и изощренного профессионализма художественного мира Амстердама восемнадцатого столетия амбиции ван дер Хейдена не могли увенчаться успехом, а сам он так и остался в лучшем случае маргинальной фигурой. О его более поздней карьере ничего не известно.

Бернар Каброль.

Несколько секунд Рут смотрела на имя автора, задумчиво потирая подбородок.

«Сведений дошло мало».

«Ничего не известно».

Она вздрогнула, когда неподалеку с глухим ревом промчался мотоцикл, и поспешно щелкнула «мышкой», проверяя поступившую почту.

Новых сообщений было два.

Дорогая Рут!