Бог Зеленого света снова добр ко мне. Он отправляет меня к Политехнической школе. Я еду по этой территории первый раз в жизни. Здания из металла сменяются большими фантоматическими конструкциями со стеклянными фасадами. Одни дома — кубической формы, другие — длинные и изогнутые, как бананы. Скульптура в форме гигантских щипцов возвышается в центре площади. Микрорайоны сменяют друг друга, один чуднее другого. Я проезжаю под мостиками, ведущими из одного здания в другое, и мимо солнечных батарей. Можно подумать, что я попал на Марс среди первых его поселенцев. Мне кажется, что вот-вот по небу пролетит ракета, чтобы приземлиться на одну из огромных парковок, а из нее выйдут инопланетные путешественники.

Помню, что нам сказал преподаватель физики, смешной человечек с каштановой бородкой: «В день, когда я должен был записаться в университет, я еще колебался между экономическим и физическим факультетами. Поскольку секретариат факультета экономики был закрыт, то я пошел записываться на физику. Вот так». Можно сказать, что он применил, не отдавая себе отчета, правило Зеленого светофора.

А я? Если мне тоже пойти в университет? Тетя Эжени, приятели и мой новый учитель французского говорят, что мне после окончания школы лучше всего пойти на гуманитарный факультет. Студент должен выбрать три направления между такими гениальными предметами, как французская литература, история, история искусства, философия, антропология, музыковедение. На самом деле, это был бы настоящий рай. В течение целых семестров я бы учился обалденным предметам.

Несмотря на зверский холод и небольшой запас горючего, я решаю разыскать здание факультета гуманитарных наук. Мне нужно его увидеть. Борис объяснил мне, что университет находится рядом с Политехнической школой. Гуманитарный факультет располагается в громадном вытянутом здании под названием BFSH2[18] (какое безобразное название: можно подумать, что это — химическая формула.) Я устремляюсь на поиски BFSH2. Сумерки, которые уже давно сгустились, препятствуют чтению указателей. Я вынужден останавливаться перед каждым из них, чтобы осветить его фарами своего мопеда. Я ищу в глубине каждой улочки; забираюсь на пандусы, чтобы подняться на эспланады; пересекаю пешеходные зоны. По-прежнему ничего. Разозленный, я начинаю стучать ногами по поликам мопеда, чтобы согреться.

Вдруг мне вспоминается одна деталь: Борис сказал как-то, что, если я хочу найти его в университете, факультет экономики находится в BFSH1. Значит, BFSH2 должен быть где-то рядом. Борис дал мне географический ориентир: «Мой факультет находится на востоке, другими словами, он стоит ближе всех к нашим трем многоэтажкам». Я осознаю, что только что проехал перед BFSH2, не заметив его.

Я возвращаюсь на всех парах к первым замеченным мною час назад зданиям. Я больше не ощущаю холода. Напротив, несколько капелек пота стекают по пояснице. Маленький сигнал загорелся на щитке управления. Резервуар горючего пуст; я еду на резерве, который мне позволяет одолеть еще пятнадцать километров. Теоретически, потому что в действительности со мной еще никогда такого не случалось.

Наконец, после длинного виража, я различаю в лунном свете две конструкции. Приближаюсь к первому указателю: «BFSH2». Вот оно! В конце аллеи виден большой темный фасад. Контуры размыты в ночи, и мне не удается определить ни размеры здания, ни расположение входа. Но это точно здесь. Я читаю еще раз указатель сверху вниз: «Здание Факультета Гуманитарных Наук 2». Мне нравится название. Гуманитарные Науки 2 — это звучит как «Рэмбо 2: Миссия».

Моя миссия будет состоять в том, чтобы получить аттестат зрелости и проникнуть в это здание.

16. Четыре шайбы

Я поворачиваю ручку зажигания моего скутера «Хонда» 250 см, оставляя позади Женеву. Асфальт автострады проносится на полной скорости под маленькими шинами моего мотоциклета. Щиток управления на жидких кристаллах показывает 114 км/час. Фара освещает порядочный кусок дороги, в то время как окрестности окутаны темнотой. Я езжу на супердлинном скутере, который позволяет вытянуть ноги как можно дальше и прижать к спинке пассажирского сиденья рюкзак с танцевальными принадлежностями. Курсы африканских танцев! Кто бы мог подумать… Четыре года назад для меня это было из области фантастики. Ну да, только с тех пор все изменилось.

Сначала одному врачу удалось вылечить мой артрит путем инъекций солей золота. Это такое лошадиное средство, которое поставило под угрозу состояние моего желудка и печени. Но мой желудок — молодой, и все обошлось без последствий. Потом, в октябре 1988-го, я вошел в здание Факультета Гуманитарных Наук 2. Мои предметы? Французский, философия, история искусства. Счастья полные штаны. Я даже намерен походить на лекции по антропологии и социологии изображения из чистого гурманства. И к тому же у меня есть подружка. Да, у меня, у законченного девственника, Карла Льюиса[19] правой руки, есть подружка. Мы гуляем, слушаем Брассенса[20] и мило обмениваемся ласками в тени фруктового сада ее родителей.