Читаем Доля Ангелов полностью

— Вот видишь, представь себе это.

— Вывихнута.

Брови Шелби я-же-вам-говорила поднялись до ее волос, Эдвард неожиданно сказал доктору.

— Так поставьте ее на место.

— Вы сказали, что вывихнули ее в конюшне? Как вы попали сюда?

— Я пришел.

— Невозможно.

— Я был пьян.

— Ну, опять вы за свое. Мы должны доставить вас в ортопед…

— Я не поеду ни в какую больницу. Так что, либо вправьте ее, либо оставьте меня в покое.

— Я бы не рекомендовал вам. Вы должны…

— Доктор Калби, вы прекрасно знаете, что я пережил. Я провел в больнице такое количество дней, что хватит на всю мою оставшуюся жизнь. Довольно эффективно, правда. Так что нет, я не поеду в больницу.

— Лучше бы вам…

— Primum non nocere.

— Вот почему я хочу отвезти вас в город.

— И пост-скриптум — клиент всегда прав.

— Вы мой пациент, а не клиент. Ваше удовлетворение — не моя цель. Соответствующий уход и лечение.

Но Калби замолчал, и внимательно вперил свой взгляд в щиколотку, хотя было непонятно, то ли он раздумывал о дальнейшем обследовании или же ожидал, что пациента одумается.

— Я не могу сделать это в одиночку, — заключил он.

Эдвард кивнул на Шелби.

— Она сильнее, чем вы. И я уверен, что она хотела бы, чтобы я помучился, не так ли, дорогая?

— Что нужно сделать, доктор? — спросила она, подходя.

Калби уставился в лицо Эдварда.

— Если не будет dorsalis pedis или tibialis posterior pulse после того, как я вправлю, вы едете в больницу.

— Я не понимаю, о чем вы говорите.

— Вы единственный, кто легко бросается фразами на латыни. И это мои условия. Если вы отклоняете их, я ухожу, но я также обращусь в социальные сети, представив вас, как недееспособного и отстающего в развитии, саркастического человека, потом вы сможете повеселиться с вашими домочадцами над бурей, которая там поднимется.

— Ты не посмеешь.

— Попробуйте меня остановить, — последовал спокойный ответ.

«Вот тебе и детское лицо, на мою задницу», — подумал Эдвард.

— Ты жестко ведешь переговоры, доктор.

— Только потому, что вы ведете себя смехотворно.

И спустя несколько минут Эдвард завернул на тощих ногах свои джинсы, открыв искореженную ногу, согнутую в колене, и Шелби захватила руками с двух сторон его убогие колени. Из-за травмы бедра в прямом положение ноги не будут работать, как бы не хотел доктор.

— На счет три.

Эдвард собрался с силами и посмотрел прямо перед собой… на весьма впечатляющий зад Шелби. Да именно такой зад можно получить, когда всю жизнь занимаешься физическим трудом и вам всего лишь двадцать с небольшим.

Напротив на стене в кухне, начал звонить его старомодный телефон.

— Три.

Эдвард вскрикнул и раздался громкий щелчок. Но боль отступила и тупая боль тоже, причем быстро. И пока он дышал через нос, доктор Калби померил пульс на ножных артериях.

— Импульсы сильные. Похоже вам повезло, — он поднялся на свои нормально функционирующие ноги. — Но этот инцидент поднимает вопрос о том, где вы находитесь на пути вашего выздоровления.

— В этом кресле, — застонал Эдвард. — Я в этом кресле, это же очевидно.

— Вам следует вести более подвижный образ. И вы не должны заниматься самолечением прибегая к алкоголю. И вы должны…

— А слово «должен» разве не современная анафема? Я думал, что более подходит «на тот случай, если».

— Современная психология меня не интересует. Факт есть факт — вы не так слабы, как хотите показаться.

— Я так понимаю, что это означает, о рецепте на болеутоляющие не может быть и речи. Беспокоитесь, как бы второй член семьи не подсел на наркотики?

— Я не лечащий врач вашей матери. И уверяю вас, что я лечил бы ее не так, как они, если бы был ее лечащим врачом, — доктор Калби наклонился и взял свой саквояж. — Я призываю вас рассмотреть вопрос о коротком лечении в реабилитационном центре…

— Даже не думайте об этом…

— …чтобы увеличить свою силу. Я также рекомендую лечение алкогольной…

— …потому что я не верю в врачей…

— …зависимости. Последнее, что вам нужно сделать…

— …и в этом нет ничего плохого…

— …это совмещение спиртного с этими препаратами.

— …с моей выпивкой.

Доктор Калби достал визитку из кармана и протянул ее Шелби, сказав:

— Возьмите ее. Здесь мой телефон. Если вы продолжите жить с ним, вы позовете меня снова, это прямой номер, мы минуем автоответчик.

— Я не живу с ним, — тихо ответила она. — Я работаю здесь.

— Мои извинения за предположения, — доктор Калби взглянул на Эдварда. — Вы тоже можете мне позвонить. И нет… вам не нужно беспокоиться. Я знаю, вы скажете, что не будете.

Дверь за доктором закрылась и чуть позже отъехала машина. И в тишине Эдвард посмотрел на свою ногу, которая теперь была в правильном положении, а не под углом. По какой-то причине, он вспомнил поход сюда из конюшни, как он опирался на Шелби, как его израненное тело всей своей массой облокачивалось на ее потянутое.

Телефон зазвонил снова, Шелби взглянула на него.

— Вы хотите, чтобы я…

— Прости, — грубо произнес он. — Ты застала меня в тот момент моей жизни, когда я стал таким же, как твой отец.

— Ты не просишь меня позаботиться о тебе.

— Тогда почему ты заботишься?

— Кто-то же должен.