Читаем Долги Нейтралов. Том 2 полностью

— А вот об этом ты узнаешь, если придёшь к нам в клан тренироваться, — вкрадчиво ответил Фарвиго, — знаниями и информацией тоже не обидим. Так что, как знать, может быть, тебе даже будет выгоднее мне проиграть.

— А про Куртку ты откуда узнал? — подозрительно спросил Сареф.

— Так а как ты думаешь, кто отправился её добывать для тебя после того, как Иналай тебе её пообещал? — Фарвиго с гордостью ударил себя в грудь. Сареф поджал губы. Стоило отметить, что Фарвиго крайне своевременно поклялся Системой в своих любовных предпочтениях, вернее, в их стандартном качестве. Потому что в любом другом случае он бы в жизни не взял в руки эту Куртку.

— Ну так что? Ты согласен? Свобода для Роггвира и Эбонитовый Пункт Развития — в противовес трём месяцам времени, которые ты обязуешься провести в клане Айон? — он протянул Сарефу руку.

— Что ж… хорошо, — Сареф помедлил несколько секунд, тщательно обдумывая услышанное, после чего осторожно пожал протянутую ладонь, — мы договорились.

— В таком случае — мне пора, — довольно сказал Фарвиго, который невероятно точно пожал Сарефу руку так, чтобы он почувствовал всю её силу — и при этом умудрился не сделать ему больно, — надеюсь, в этом захолустье найдётся какое-нибудь приличное седло. Потому что я, конечно же, не понесу тебя в клан Айон в своих лапах, как какого-то слугу. Нет, исключительно из моего хорошего к тебе отношения я, так и быть, позволю тебе сесть себе на спину.

— Я вообще-то ещё не проиграл! — сердито заявил Сареф.

— Да-да, конечно, — Фарвиго улыбнулся с таким выбешивающим снисхождением, что Сарефу захотелось его стукнуть, — я бы на твоём месте шёл отдыхать, Сареф. Завтра у нас будет очень интересный и насыщенный день…

Сареф не стал никому рассказывать о дополнительных условиях, которые он заключил с Фарвиго. Потому что даже теперь ему казалось, что он продешевил. Ведь, если подумать: вот он вернул Роггвиру свободу. И что дальше? Тот в благодарность присоединится к его отряду, такой весь раскормленный Пунктами Развития и благодарный за своё спасение? Как бы ни так! Сареф за свою жизнь неоднократно видел, как непрошеное благодеяние в итоге оборачивается самой чёрной ненавистью.

Мало того — Сареф не верил, что поглощение такого огромного количества Пунктов Развития никак на нём не сказалось. Скорее всего, у него имеется какая-то скрытая травма, эффект которой драконам удалось отсрочить на несколько дней. И которая пышным цветом распустилась сейчас. Ведь, если разобраться: Роггвир — знатный молодой человек, который всю жизнь учился обращаться с оружием. Да, драконы были крайне злы, что он провалился в финале, но при том драконы были хоть и вспыльчивые, но быстро отходили. Почему же его не поставили телохранителем или стражником, или пограничником, а сделали слугой? Просто, чтобы унизить? Сомнительно. Его могли поставить слугой на неделю-другую для публичного наказания, но драконы — практики, и они нашли бы применение способностям Роггвира и в качестве наёмника, и в качестве телохранителя. Если же этого не произошло, этому может быть только одно объяснение: Роггвир стал калекой и теперь ни на какую другую работу просто не способен.

Так что если бы не этот Эбонитовый Пункт Развития, которым, признаться, Сарефа удалось впечатлить — то он отказался бы, не задумываясь.

— Хим, — спросил он, — что ты об этом думаешь?

— Вы прекрасно знаете, хозяин, что я не одобряю ничего, что было бы связано с Айон, — с укором ответил хилереми, — особенно — рисковать тем, чтобы прибыть не просто на территорию их клана — а прямо в поместье. Фарвиго лукавит, хозяин. У себя дома они способны вытравить меня безо всякого вреда для вас. Что я должен об этом думать? Вы сейчас поставили на кон мою жизнь так же, как Фарвиго — жизнь Роггвира.

— Чт… что?! — опешил Сареф, — Хим, ты же знаешь, что это неправда! Да… но ведь… но ведь Иналай приходил в прошлом году в поместье Зинтерра — и ему же ничего не было. Так же, я уверен, и зинтерровцы, хоть и редко, но приходят в клан Айон. И никто их даже пальцем не трогает. Мне кажется, ты сильно преувеличиваешь.

— Клан Айон пытался убить меня, хозяин, и ты это знаешь. Я по-прежнему верен вам и поддержу любое ваше решение — но вы не можете обвинять меня в том, что любые мои мысли о них всегда предполагают наихудший сценарий.

Сареф просто не находил слов. Он и представить не мог, что с точки зрения Хима его поступок будет выглядеть столь омерзительно. Ему снова стало тошно от самого себя. Ему в голову пришла совершенно нелепая и отвратительная мысль, что лучше бы Фарвиго оказался тем, кем его все считали. Даже это было бы не столь ужасно, как то, что Хим, его верный Хим, ближе которого у Сарефа сейчас не было во всей Системе, считает, что в погоне за очередной игрушкой он походя использовал его жизнь как разменную монету.

— Почему же ты тогда ничего не сказал, когда я заключал эту сделку? — в отчаянии спросил Сареф, — почему же ты молчал? Неужели ты думаешь, что я не учёл бы твоего мнения?