Читаем Долг воина полностью

Грохот подъезжающих к крыльцу экипажей отвлек внимание людей. Я обрадовался ему, пока не увидел сплоченную фалангу опоздавших. Сьер Тор Безимар шел под руку со своей теткой-вдовой, каждый сын и племянник, идущие сзади, сопровождали покорных дочерей Дома. Все младшие линии были представлены, стриж Тор Безимаров на их подвесках, кольцах и брошах сочетался с эмблемами тех Имен, что оказались отнесенными к Тор Безимарам за все минувшие поколения. Постояв на пороге, пока Дириндал не удовлетворилась произведенным эффектом, семья разлетелась как стая птиц, присоединяясь к каждой группе и каждому разговору. Замелькали улыбки, зазвучали приветствия, одни более убедительные, другие — менее. Дириндал вернула племянника его жене, взяла под руку своего внука Крева и начала медленный обход широкого салона. Я увидел, что лакей Тор Тадриола сразу же направился к сьеру.

— Это будет интересно.

Осторожный кивок Темара привлек мое внимание к Дириндал, которая поравнялась с леди Чаннис. Любовница мессира беседовала с госпожой Тор Канселин. Обе над чем-то смеялись и, не прерывая смеха, повернулись спиной к вдове. Собрав быстрыми взмахами вееров стайку разных барышень, нервно порхающих вокруг, обе дамы пошли прочь, даже не встретившись взглядом с Дириндал. Вдова так и осталась стоять. Ярость перекосила ее лицо, но уже через мгновение старуха подняла зеленые перья, притворяясь, будто прячет выражение раненого дружелюбия. Откровенно возмущенному эсквайру такой маскарад не удался.

— Сэдрин упаси нас, Райшед, но это будет увлекательный бал, — раздался у меня над ухом голос Каролейи. От неожиданности я чуть не расплескал вино. — Добрый день, Темар.

— Леди Эйлерик. — Юноша поклонился и получил в ответ скромную полуулыбку. 

Я видел, как заблестели его глаза, но тешил себя надеждой, что он не станет валять дурака на людях. Впрочем, это могло бы отвлечь собравшуюся знать. Все семьи с узами крови и верности к Д'Олбриоту последовали намеку игнорировать Тор Безимаров, одни с большим изяществом, другие — с меньшим. Негодование вскипало среди Ден Мюре, Ден Реннионов, Тор Приминалей, оставляя мелкие Дома беззащитно раскрытыми на фоне двух враждебных лагерей, на которые разделился салон. В поисках поддержки Ден Хификен примкнул к Ден Ферранду, а Ден Дженнель и Ден Ризипер встали в оборонительный круг с Ден Бреннейном.

— Ты не познакомишь нас? — Упрек Темару в голосе мага смешался с подобострастием к Каролейе.

— О, извините. Разрешите представить: леди Эйлерик из Торнлисса. Это Казуел Девуар, Велиндра Ичейн и Аллин Мере. Все — маги Хадрумала. — Смех, бурлящий за словами юноши, заставил Казуела подозрительно искать какую-то скрытую обиду.

— Ты знаешь Райшеда? — Велиндра с откровенным любопытством разглядывала красавицу.

Каролейя окинула ее тем же откровенным взглядом.

— У нас есть общие знакомые.

Чуть заметный лескарский акцент придавал ее образу загадочный ореол чужестранки, как и бледно-лиловое платье, сшитое по северной моде. Фиолетовое кружево, покрывающее шелк, выявляло цвет ее глаз и оттеняло белизну кожи. На изящной шее Каролейи висела единственная серебряная цепочка с кулоном из аметиста, окруженного жемчугом. Такие же жемчужины усеивали серебряный полумесяц, которым были заколоты се волосы, уложенные в высокую прическу в безошибочно лескарском стиле.

Велиндра покачала веером, пристегнутым к поясу.

— У тебя здесь не будет отбоя от желающих завести знакомство, — посмеиваясь, сообщила она.

— Для того и существуют эти приемы, — сладко ответила Каролейя.

Мы, несомненно, привлекали к себе изрядную долю внимания. Неизвестная красавица, три мага и избранный, который предпочел бы держать лошадей во дворе, бесспорно, оказались желанной темой для сплетен в этой напряженной атмосфере. Но как долго мы еще прослужим в качестве нейтрального развлечения? Я задал себе этот вопрос, когда увидел, что Файрон Ден Таснет осушает еще один бокал вина, а на его скулах пылает гневный румянец.

— Открытые военные действия никому не пойдут на пользу, — тихо заметила Каролейя.

Она смотрела на двоих юношей Тор Силарра. Провокационно усмехаясь, те разглядывали троих эсквайров Ден Мьюриванса, которые впервые появились в столь высоком обществе и держались очень натянуто.

Я нахмурился.

— Это все разговоры подливают масла в огонь. Но открывать бал — привилегия императора, а его нигде не видно.

— Да, но ведь я такой невежда в современном этикете, — весело заявил Темар. — Госпожа? — Он предложил руку Каролейе.

Та улыбнулась и покачала головой.

— Мне совершенно не хочется так бросаться в глаза.

Юноша ухмыльнулся, и я вдруг понял, что каким бы ни было его чувство к Каролейе, оно сильно отличается от его болезненной преданности Гуиналь. Онемев от изумления, я не успел позвать Темара обратно: он неторопливо удалялся от нас, лениво покачивая билетом, висевшим на ленточке на запястье.