Читаем Долг крови полностью

Дверь в котельную оказалась незапертой. Тогда как он точно помнил, что закрывал ее!

Крадучись, Салливан вошел в коридор. Никого. Отворил дверь в потайную комнату. Он ожидал увидеть пустую кровать. Однако коп был на месте. Привязанный, под действием успокоительного. Вроде бы все, как и было. Он включил свет, рукой загородив глаза от света флуоресцентной лампы. Да, тело в том же положении. Присмотревшись внимательнее, он не обнаружил никаких изменений.

И тем не менее...

Падала ли на лицо копа прядь волос? Насколько он помнил, волосы у него были откинуты назад.

Салливан проверил ремни. Левый был застегнут на четвертое деление, правый – на третье. Обычно он застегивает ремни одинаково. Хотя, когда он связывал его, полицейский сопротивлялся...

Тут коп пошевелился, что-то забормотал. В тюремном госпитале не жалели седативных средств; зачастую их применение заменяло лечение той или иной болезни. Так что опыт у него был, и теперь, наблюдая за дыханием копа, Салливан понял, что воздействие вколотого тому наркотика заканчивается.

Внезапно он сдвинул брови. Ему показалось, что в районе левого бедра на светло-голубой джинсовой ткани появилось какое-то пятно. Оно напоминало...

Салливан дотронулся до него. Пятно уже почти высохло, но можно было догадаться, что кто-то словно бы жевал ткань.

– Не хочу знать, что здесь происходило, – медленно произнес он. И тут же кожей на затылке почувствовал на себе взгляд полицейского. Когда он обернулся, то увидел, что тот пристально его разглядывает. – Похоже, у тебя кто-то был. Паршивые у тебя друзья, коп. Что же это они оставили тебя здесь?

– Не знаю, о чем ты.

– Разумеется, не знаешь.

Селуччи не выдержал.

– Пошел к черту! – прорычал он.

– С этим придется погодить. – Ближайший телефон был в ординаторской. – Посмотрим, что скажет на это док.

* * *

– Куда мы едем? – выдавила сквозь сжатые зубы Вики.

Генри снова вел машину, отказавшись дать ей ключи. Голосом Князя Тьмы он отрезал «нет», и было понятно, что затевать с ним спор – бесполезная трата времени. Ради Селуччи она прекратила пререкания и, забившись в угол на заднем сиденье, всю дорогу жалела об этом. Видно было, что и Фицрою произошедшая ссора не очень-то по душе.

– К нашему дому – налево, – наконец заметила женщина.

– Тут на углу есть кофейня. Нам ведь надо позвонить в полицию.

– Боже, Генри, в Ванкувере кафе на каждом шагу. Зачем делать крюк? – Она схватилась за руль.

Фицрой в ответ только крепче сжал рулевое колесо. Вики, в течение тридцати двух лет ведущая жизнь смертной, не должна была бы питать иллюзии о возможности выжить в случае, если машина потеряет управление. Разбиться из-за глупости этой девчонки он не хотел. Машина начала выписывать крутые виражи. Вики ничего не оставалось, как отпустить руль.

– В отличие от многих других подобных заведений, там есть парковка, – произнес Генри, когда, снова откинувшись на спинку сиденья, она с застывшим лицом уставилась в окно. – Где-то здесь должен быть указатель.

– Ради Бога, поезжай туда, а то ведь опять разрушатся твои драгоценные стереотипы, – пробормотала Вики, пока вампир парковался и выключал двигатель. – Что теперь?

– Пойду прерву беседу тех двух блюстителей порядка, скорее всего обсуждающих какой-нибудь очередной труп.

Она с наслаждением вылезла из машины, предвкушая хоть какое-то время не находиться с ним бок о бок.

– Никак не могу поверить, что ты согласился на эту безумную аферу. Да ладно – ты. Как я-то согласилась, вот что удивительно! Мы просто взяли и убрались восвояси, оставив его там одного! – Она стояла по другую сторону машины. Пока между ними есть барьер, можно позволить себе роскошь дать волю своему раздражению. Правда, Вики не могла сказать, злится она больше на Генри или же на саму себя. – Мы его предали. Оставили в совершенно беспомощном положении...

– Послушай, какой-либо риск минимален. И Селуччи сам настоял на этом. Он горит желанием раз и навсегда разобраться с этим делом. Полиция будет в клинике не позже чем через час. Что плохого может произойти за это время?

– Что плохого? – повторила Вики.

В духоте ночи чувствовался стойкий запах выхлопных газов и разогретого металла, хотя здесь, на побережье, он был не таким сильным, как в Торонто. Все равно, слишком много людей на небольшом клочке земли. Женщина обернулась туда, где, по ее представлениям, находилась клиника, и заставила себя не думать о плохом.

– Я оставила его, потому что он просил об этом, – тихо произнесла она, блеснув на Фицроя серебром глаз. – Я делаю это для Майка. А ты, Генри? Тебе-то ведь всегда было на него наплевать!

Наплевать? Напротив! Майк Селуччи, по мнению вампира, был достойным уважения человеком. А мнение таких людей – иногда единственное, на что можно опереться, оценивая собственное поведение. Как бы ни складывались их отношения, Фицрой всегда был высокого мнения о нем. Но сейчас он был совершенно не расположен спорить с Вики, особенно на тему, любит он Селуччи или нет, хотя все ее предыдущие нападки Генри скорее забавляли, чем приводили в ярость.