Читаем Доктор Сон полностью

– А почему бы, собственно, и нет, дорогуша? – Она сохраняла спокойный, чуть снисходительный тон. Как мать, беседующая с капризным ребенком (по крайней мере Роуз так это себе представляла – она сама никогда не была матерью).

– Потому что ты труслива.

– Любопытно было бы узнать, на чем основано это утверждение? – спросила Роуз. Ее интонация не изменилась – пренебрежительная, слегка удивленная, – но рука крепче стиснула трубку и плотнее приложила к уху. – Мы же ни разу не встречались.

– Еще как встречались! Я заставила тебя сбежать из моей головы, как побитую собачонку. И ты убиваешь детей. Только трусы способны на такое.

Тебе не следует оправдываться перед ребенком, сказала себе Роуз мысленно. Особенно перед лохом. Но услышала, как произносит:

– Ты же ничего не знаешь о нас. Ни кто мы, ни что вынуждены делать ради выживания.

– Вы – кучка жалких трусов, вот вы кто, – ответила маленькая стерва. – Вы считаете себя одаренными и очень сильными, но умеете только жрать и жить долго. Вы похожи на гиен. Убиваете слабых и сбегаете. Трусы!

Презрение в ее голосе кислотой разъедало слух Роуз.

– Это неправда!

– А ты главарь трусов. Трусливая из трусливых. Ты ведь сама не поехала за мной, верно? Испугалась? Решила отправить вместо себя других.

– Мы будем говорить как цивилизованные люди или…

– Цивилизованные? Цивилизованные люди не убивают детей, чтобы похитить их сознание. Что в тебе цивилизованного, ты, старая трусливая шлюха? Ты отправляешь своих друзей делать грязную работу, а сама прячешься за их спинами. Но в уме тебе не откажешь. Потому что они все мертвы.

– Ты глупая маленькая сучка! Что ты вообще можешь понимать? – Роуз вскочила на ноги. Бедром задела край стола и разлила кофе, струйка которого потекла под барабан. Долговязый Пол выглянул из кухни, увидел ее лицо и поспешил ретироваться. – Кто из нас трус? Не ты ли сама, а? Ты можешь говорить мне все это по телефону, но никогда не решишься повторить свои слова мне в лицо!

– А сколько вас будет, когда я приеду? – язвительно спросила Абра. – Сколько, старая ты уродина?

Роуз не ответила. Ей следовало овладеть собой, и она прекрасно это понимала. Но слышать такое от девчонки-лоха, нахватавшейся в школе грязных словечек… которая знала про Узел много. Слишком много.

– Ты осмелишься встретиться со мной один на один? – спросила маленькая стерва.

– А ты проверь! – выплюнула Роуз.

На другом конце воцарилась тишина, а когда девочка заговорила снова, в ее голосе звучали нотки сомнения:

– Один на один? Нет, тебе слабо. Трусливая курица вроде тебя никогда на такое не осмелится. Даже если ей будет противостоять ребенок. Ты лгунья и обманщица. Внешне красивая, но я-то видела твое настоящее лицо. Ты трусливая потасканная шлюха, и ничего больше.

– А ты… Ты…

Но она поперхнулась словами. Небывалая ярость начала душить ее изнутри. К ярости примешивался шок, потому что ее – Розу-в-Шляпе – довела до такого состояния маленькая девочка, которая пока еще ездила только на велосипеде и до последних недель думала лишь о том, когда же наконец у нее вырастет грудь.

– Но я, возможно, дам тебе шанс, – сказала Абра. Невероятная самоуверенность и безрассудство. – Конечно, если ты примешь вызов, я размажу тебя по полу. Остальные меня не волнуют, они и так уже подыхают. – Она рассмеялась. – Подавились мальчиком-бейсболистом. Он бы обрадовался!

– Если ты придешь, я убью тебя, – ответила Роуз, одной рукой ухватив себя за горло, ритмично сжимая и разжимая пальцы. Позже на тех местах появятся синяки. – А попытаешься скрыться, я найду тебя. И тогда перед смертью ты будешь долго кричать.

– Я не собираюсь бежать, – сказала девочка. – И мы еще посмотрим, кому из нас придется кричать.

– Сколько человек ты притащишь с собой, дорогуша?

– Я буду одна.

– Не верю.

– А ты прочитай мои мысли, – предложила девчонка. – Или тоже слабо?

Роуз промолчала.

– Ну разумеется. Ты же помнишь, что было в последний раз. Я дала тебе попробовать твое собственное лекарство, и тебе оно не пришлось по вкусу. Ведь так? Гиена. Детоубийца. Трусиха.

– Не смей… называть меня… так.

– Там у вас на склоне есть одно место. Смотровая площадка. Называется «Крыша мира». Я проверила в Интернете. Будь там в пять часов вечера в понедельник. Но приходи одна. Если приведешь еще кого-то, если твои дружки не останутся в этом здании, пока мы с тобой будем решать свои проблемы, я об этом узнаю. И немедленно уеду.

– Я тебя найду, – повторила Роуз.

– Думаешь? – Она издевалась.

Роуз закрыла глаза и увидела девчонку. Абра корчилась на земле, во рту у нее копошились ядовитые осы, а из глаз торчали раскаленные колья. Никто не смеет со мной так разговаривать. Никогда.

– Допускаю, что ты действительно меня найдешь. Но сколько членов твоего вонючего Узла доживет до этого момента? Дюжина? Десяток? Может, трое или четверо?

Эта мысль уже посещала саму Роуз. Но чтобы ребенок, с которым она никогда не встречалась, сумел прийти к тому же выводу? Оскорбительно.