Читаем Доктор Сон полностью

Барри открыл рот, но следующий цикл начался прежде, чем он смог заговорить. Его кожа приобрела молочный оттенок, потом истончилась до прозрачности. Ворон видел его стиснутые зубы, глазницы, в которых держались полные боли глаза, и, самое ужасное, темные извилины мозга. Он ждал, держа руку, которая была уже не рукой, а сплетением костей. Словно откуда-то издалека доносились омерзительные, нескончаемые звуки диско. Они снимались под наркотой, подумал Ворон. Иначе трахаться под такую музыку невозможно.

Медленно, очень медленно Барри Китаец вернулся. На этот раз он даже не застонал, а вскрикнул. Лоб его покрывал пот, заливавший красные пятна, ярко-алые, словно капли крови.

Барри облизал губы и сказал:

– Слушай меня внимательно.

И Ворон стал слушать.

4

Дэн сделал все от него зависевшее, чтобы очистить сознание и дать Абре возможность войти в него. Он так часто водил «Рив» в Клауд-Гэп, что теперь это получалось почти автоматически. Джон ехал сзади на площадке служебного вагона и вез оружие (два автоматических пистолета и охотничью винтовку Билли). С глаз долой – из сердца вон. Или почти. Полностью забыться не всегда получается даже во сне, а присутствие Абры было таким мощным, что немного пугало. Дэн даже подумал, что если она пробудет у него в мозгу достаточно долго и с такой же интенсивностью, то его любимым занятием может стать поход по магазинам за модными сандалиями и подходящими к ним аксессуарами. Плюс любовь к мальчикам из группы «Здесь и сейчас».

Немного помогало то, что в самый последний момент по ее настоянию Дэн взял с собой Попрыгунчика – старого плюшевого кролика.

– Это позволит мне лучше сосредоточиться, – сказала Абра, не имея ни малейшего понятия, что недочеловек по имени Барри Смит полностью бы ее понял. Он научился этому приему у Дедушки Флика и много раз пускал его в ход.

Также помогал и поток семейных историй, которым разразился Дэйв Стоун. Большинство из них Абра слышала впервые. И все равно Дэн сомневался, что их хитрость сработала бы, если бы тот, кому поручили разыскать Абру, не заболел.

– А остальные владеют даром локации? – спросил он.

– Женщина в шляпе могла бы сделать это через полстраны, – ответила Абра, – но она не вмешивается. – Ее лицо снова исказила не слишком приятная зубастая улыбка, заставившая девочку казаться намного старше своего возраста. – Роуз тоже боится меня.

Впрочем, присутствие Абры в голове Дэна не было непрерывным. Иногда он ощущал, как она покидала его сознание и отправлялась в другую сторону, чтобы – с величайшей осторожностью – прощупать мысли того, кто сделал когда-то большую глупость, примерив бейсбольную перчатку Брэдли Тревора. Она рассказала, что они сделали остановку в Старбридже (Дэн сразу понял, что речь идет о Стербридже), а потом уже не возвращались на магистрали, двигаясь по второстепенным дорогам в сторону ярко пылавшего сигнала сознания Абры, который та подавала намеренно. Чуть позже они пообедали в придорожном кафе, никуда не торопясь, словно продлевая удовольствие в предчувствии близкого окончания путешествия. Они знали, куда она направляется, и ничего не имели против, потому Клауд-Гэп был подходящим для них уединенным местом. Им казалось, что она сама облегчает их задачу, но чтобы добыть эту информацию, Абре приходилось действовать деликатно и тонко, словно проводить нейрохирургическую операцию с помощью телепатического лазера.

Правда, случился и весьма неприятный момент, когда перед мысленным взором Дэна вдруг возникли откровенно порнографические образы – какой-то групповой секс у бассейна, – но они почти сразу померкли и пропали. Он предположил, что случайно залез в подсознание Абры, где, если верить доктору Фрейду, часто гнездятся самые грубые и примитивные наши мысли. Об этой ошибочной гипотезе ему еще предстояло пожалеть, но Дэн ни в чем себя не винил: он научился не влезать в самые интимные помыслы других людей.

Дэн вел поезд одной рукой, другая лежала на потрепанном плюшевом кролике, которого он держал на коленях. Густой лес, начинавший полыхать осенними красками, тянулся по обеим сторонам узкоколейки. Справа от Дэна, на так называемом кондукторском месте, не умолкал Дэйв, рассказывавший дочери семейные анекдоты и невзначай вытащивший из шкафа по меньшей мере один скелет.

– Когда вчера утром позвонила твоя мама, то сообщила мне, что в подвальном складе у Момо хранится сундук. Он помечен именем Алессандра. Ты же знаешь, кто это?

– Да. Бабушка Сэнди, – ответил Дэн. Господи, даже его голос звучал выше и моложе.

– Совершенно верно. Но есть нечто, чего ты скорее всего не знаешь, и если это так, я тебе ни о чем не рассказывал, идет?

– Договорились.

Дэн почувствовал, как в нескольких милях отсюда губы Абры скривились в улыбке. Перед ней лежали буквы из скрэббла: С П О Р Д Л А.