— Не совсем. Я приду на другой день и попытаюсь сбавить цену. Поняла?

— Если честно, то не очень.

— Короче — сделай так, как я говорю. Ну, пожалуйста, я тебя очень-очень прошу!

Напоследок я наложила заранее приготовленное заклятие, полностью стирающее память о нашей беседе и убедившее мою подружку, что она сама захотела заказать готический прикид.

Я пришла к Ирине не на другой день, как обещала своей не слишком-то умной подруге, а в тот же, что и она. Только на полчаса раньше. С Ириной договорилась, что я приду к ней в четыре, но "опоздала" ровно на полчаса, страшно извинялась, ссылалась на пробки и заторы. Ирина была явно недовольна. Поглядывала на часы и торопливо отвечала на мои вопросы. А вопросов у меня было много, и задавала я их долго и многословно, постоянно что-то записывала в блокнот. Короче — полчаса мы провозились, а ровно в пять позвонили в дверь. Ирина извинилась, сказала, что это клиент, и попросила прервать нашу встречу. Я "удивилась". Мое "Зеркало" против нее работало безукоризненно, и она теперь уже не пыталась лезть ко мне в голову. Ирина задергалась. Не видя другого выхода и не желая упускать выгодного, как ей казалось, клиента, она попросила меня подождать в ее мастерской. Это мне и требовалось.

Ее мастерская занимала всю соседнюю квартиру, куда была пробита дверь. Интерьеры мастерской похожи на автора, как родные дети похожи на родителей. Индивидуальность интерьера мастерской прекрасно характеризует индивидуальность ее хозяина.

Мастерская — это то место, где происходит удивительный и непостижимый процесс творчества дизайнера. В наши дни, в век цифровых технологий, агрессивного бизнеса и всепобеждающего торжества Силиконовой долины, слово "мастерская" звучит уже почти как архаизм. В лучшем случае как историзм, связанный с чем-то вроде средневековья и "цеховой поруки". Но, тем не менее, имеется целая область человеческой деятельности, где это слово употребляется повсеместно и совершенно без затруднений. Вдоль стен стояли стеллажи с нарядами: самые лучшие и интересные образцы. Наверняка, Ирина обожала отдыхать в этом месте, любуясь распрекрасными готическими одеждами, приобрести которые могли лишь далеко не самые бедные представители этой субкультуры.

На дальнем столике стоял новый современный компьютер. Я таких еще нигде и ни у кого не встречала. С двумя абсолютно плоскими и тонкими, как картинки, мониторами и огромным системным блоком угольно-черного цвета. Компьютер был включен, хотя работал совершенно бесшумно. По экранам бегала голая ведьма или чертовка и пулялась огненными шариками. Ведьма была загорелая, рогатая, с утрированными формами, огромными раскосыми глазами и в высоких черных сапогах. Мужики были бы в восторге. Мне, правда, она тоже понравилась. За спиной у нее имелись сложенные перепончатые крылья, как у летучей мыши. В тот момент, когда она бросала свой огненный шарик, крылья приоткрывались, а сам шар во время полета издавал жужжащий звук.

Я села за клавиатуру и стала искать в этом компьютере какую-нибудь интересную для меня информацию.

28

Опять телефон! Нет, это превращается в какое-то наваждение! Мне ли говорить теперь об этом, однако факт остается фактом — утренние звонки продолжают меня доставать и раздражать. Сама виновата — не сделала автоответчик, ведь давно уже купила его. Самый "навороченный", какой только был, но не установила, не подключила и не настроила. Все думаю — потом, потом. Вот и наказание за лень — опять разбудили.

— Да, я слушаю.

— Это я.

— Здравствуйте, милорд…

— Срочно приезжайте, — перебил меня Великий Мастер. — Лазарев покончил с собой.

— Григорий Петрович! Не может быть!

— Может. Он оставил записку.

— Его убили?

— Нет. Он сам. Поверьте, я знаю.

Я поняла, что он действительно знает.

— Куда я должна прибыть?

— Ко мне. В "Доме на набережной" делать больше нечего.

— Что взять с собой?

— Кольцо. Я вас жду.

Трубка стала издавать частые гудки. Великий Мастер отсоединился. Он уже все знает. И про кольцо, и про мои подозрения.

Быстро встала и оделась во все черное. Никакой косметики — не время.