— Он сказал, что совершенно новое здание, в этом году сдали, чисто под бизнес-центр. Таких на Тверской больше нет…

— Название фирмы?

— Я что, спрашивала? Я к Вадиму в гости не собираюсь.

— А ко мне?

— К тебе собираюсь, — немного подумав, кивнула Клара.

— Это хорошо.

— Это все, что ты можешь сказать? — возмущенно вскинулась она. — Спросил, но не позвал… Может, ты уже с кем‐то живешь?

— Позову… С охраной дома решу и позову.

С охраной сейчас туго, люди есть, но все заняты. Охрана завода, директорского дома, больница опять же. Впрочем, Серегу можно забрать домой, создать все условия. Дом окружить охраной… Но сначала нужно решить с Вадимом. Не нравится Семену этот тип. Его суета вокруг Клары наводила на дурные мысли.

Он очень хотел поговорить с шурином, но Тоша на работу не вышел. Зато Шустов, как всегда, на месте, весь в делах, весь в заботах. В городе война, а ему от этого ни холодно, ни жарко. Не трогают его, спокойно все на заводе. И Семен пока в стороне от событий, может, потому, что не ввязывается в драку.

— Я с Кларой сегодня говорил, — сказал он.

— Я в курсе, — сухо глянул на него Шустов.

— Завтра домой ее заберу.

— Это ты так решил?

— Это мы так решили… Зря Вадим приезжал. Клара не хочет с ним, — Семен с вызовом смотрел на тестя.

— Не хочет, и не надо. — Шустов снял пробку с графина. В горле у него вдруг пересохло.

— А она должна хотеть?

— Я это говорил? — Шустов взял стакан, налил воды.

— Я знаю, что вы меня всего лишь терпите. Вы хотели бы видеть Вадима рядом с Кларой. Это ваше право. Но если вдруг я узнаю, что вы ведете какую‐то игру за моей спиной!..

— Какую игру я могу вести? — усмехнулся Шустов, опустив на стол полный стакан. Что‐то вдруг расхотелось ему пить.

— Не знаю какую. Знаю с кем. С Вадимом Лихановым.

— Нет никакой игры… Но если вдруг, то что? — теперь Шустов смотрел на Семена нахально, с вызовом. — Что ты мне сделаешь? Завод перестанешь охранять? Ну, так имеешь право, за охрану я больше платить не намерен. За ту охрану, которую предоставлял твой брат… У меня теперь своя охрана.

— А откуда она у вас появилась, своя охрана?

— Я же не говорю, что ты даром ешь свой хлеб. Молодец, работаешь, стараешься. Даже высоту держишь. Но не орел.

— Вадим — орел?

— Вадим — орел!.. А я имею, что имею. И не хочу жаловаться, — обидно усмехнулся Шустов.

— И не надо жаловаться.

— И не жалуюсь… Ты меня, в общем‐то, устраиваешь. Но давай договоримся, что ты не будешь больше мне угрожать! И рот на меня открывать не будешь! Ты всего лишь мой зять! Все, никакую братву ты больше не представляешь!.. Все, закончилось ваше время! — распалился Шустов. — Наконец‐то вас начали отстреливать как бешеных собак!

— Кто отстреливает? — хищно сощурился Семен.

— Я же сказал, никогда не смотри на меня так! — Шустов резко поднялся с места.

— Кто отстреливает?

— А ты не понял?.. Власть вас отстреливает! Как после войны бандитов отстреливали, без суда и следствия.

— Власть отстреливает? — задумался Семен.

Союз развалился, вместе с ним в Лету канул и Комитет государственной безопасности. Тысячи высококлассных специалистов остались без работы, кто‐то подался в криминал, а кто‐то мог заключить тайный контракт с новым государством и получить лицензию на отстрел криминальных авторитетов. И возможно, сезон охоты уже начался. А как объяснить, что менты даже не пытаются искать исполнителей и заказчиков убийств?.. Возможно, Шустов что‐то узнал, но пока не говорил.

— Не знаю, какие структуры занимаются отстрелом бешеных собак, но отстрел идет!

— Кто вам сказал, что это власть?

— Знаю!

— Может, Вадим что‐то сказал?

— Может, и Вадим.

— Он что‐то знает?

— У него связи в самых верхах! — Сначала Шустов глянул на Семена, как на полнейшее ничтожество, только затем вознес глаза к потолку, к высшим силам.

— Ну, сказать можно все что угодно.

— Мой тебе совет, не вздумай испытывать Вадима на прочность. Поверь, это может закончиться плохо. Для тебя!

— А для вас?

— Для меня… У него ко мне претензий нет!

— А ко мне?

— Есть! Ты отбил у него Клару.

— И сейчас он пытается ее вернуть.

— Тебе не надоело толочь воду в ступе? — пренебрежительно поморщился Шустов. — Или у тебя работы нет? Или все «несуны» перевелись?

— Работаем, пресекаем.

— И переработку давай, свинец нужен… Все, давай, работай! — Шустов начальственно махнул на дверь, показывая Семену его место.

Ну да, нет за ним могущественного брата, а сам по себе он для него никто. Всего лишь сотрудник, полностью зависящий от воли генерального директора и главного акционера. Причем сотрудник без высшего образования. Семен мрачно усмехнулся, закрывая за собой дверь. Возможно, уже завтра Шустов поставит его перед фактом: или он поступает в институт, или его снимают с должности. А может, сразу переведет в чернорабочие.

Но пока что Семен на коне, и положение у него есть, и люди. Машина тоже на ходу, хоть сейчас можно ехать в Москву…

<p>Глава 15</p>