Читаем Дочь палача полностью

Больше не оборачиваясь, Магдалена бежала вниз по склону. Ветки хлестали ее по лицу, колючки впивались в ноги и рвали платье. За спиной слышалось хриплое дыхание солдат. Сначала они ее то и дело окликали, но вскоре погоня превратилась в молчаливую травлю. Солдаты, словно псы, преследовали добычу, и не остановятся, пока не схватят свою жертву.

Магдалена рискнула и быстро оглянулась. Мужчины отставали от нее всего на двадцать шагов. Они отбежали от холма примерно на четверть мили, и зарослей стало меньше. Кустарники остались позади, и впереди открылись вспаханные поля. О том, чтобы спрятаться здесь, нечего было и думать. Единственной возможностью спастись оставался лес на речном берегу. Если добраться до елей и берез, то ей, возможно, удастся скрыться в подлеске. Но до него еще далеко, а преследователи, кажется, приближались.

На бегу Магдалена затравленно озиралась по сторонам: возможно кто-то из крестьян уже вышел с плугом на поле. Но было слишком рано, и ей не встретилось ни единой живой души. По левую руку среди холмов то и дело мелькала дорога на Хоэнфурх, но и там никто не проезжал, кого она смогла бы позвать на помощь. Да если бы и смогла? Одинокая девушка, преследуемая двумя вооруженными солдатами, — какой крестьянин или ремесленник станет рисковать жизнью ради дочери палача? Они, скорее всего, поспешно отвернутся и примутся подгонять волов.

Магдалена привыкла бегать. С самого детства она ходила, часто босиком, к знахаркам по соседним деревням. При этом она от радости часто пускалась бегом и неслась по грязным и пыльным дорогам, пока в легких не начинало болеть. Она была натренирована и вынослива, и теперь приноровилась к своему ритму. Но мужчины за спиной, похоже, не собирались сдаваться. Они, судя по всему, уже не раз преследовали человека. И это явно доставляло им удовольствие. Они бежали размеренно, неумолимо приближаясь.

Магдалена перебежала дорогу и повернула к ельнику на речном берегу. Вдали за полями лес казался не более чем узкой полоской зелени. Девушка не была уверена, сможет ли дотуда добраться. Во рту появился вкус железа и крови.

Пока она бежала, в голове у нее водоворотом вихрились мысли. Память вернулась к ней, и Магдалена теперь вспомнила, что уже видела прежде символ, нарисованный на плечах у детей. Вчера, как только она вошла в дом знахарки, в глаза сразу бросились осколки на полу. Осколки горшков, некогда стоявших на полках Штехлин. Сосуды, наполненные ингредиентами, которые знахарка использовала в повседневной работе: мох, чтобы остановить кровь, травы, чтобы унять боль, а также расколотые камни, которые она растирала в порошок и добавляла в отвары для беременных и больных. На некоторых осколках сохранились алхимические символы. Этими знаками пользовался еще великий Парацельс, были они в ходу и среди знахарок.

На одном из них Магдалена увидела ведьмовской знак.

Сначала она удивилась. Что бы мог этот символ означать в доме знахарки? Неужели она и вправду ведьма? Однако Магдалена стала вертеть осколок в руках и увидела символ перевернутым.

И ведьмовской знак вдруг превратился в безобидный алхимический символ.

Гематит. Кровавик.

Полученный из него порошок использовали, чтобы остановить кровотечения при родах. Безобидное средство, признанное даже в высших врачебных кругах. Хотя сама Магдалена мало верила в его пользу.

Хоть ее и переполнял страх, она чуть не рассмеялась. Ведьмовской знак оказался ничем иным, как перевернутым символом гематита!

Магдалена вспомнила, как описывал его Симон, когда рассказывал о знаке на плечах детей. И лекарь, и ее отец все время рассматривали его так, чтобы он выглядел ведьмовским символом. Но если посмотреть на него с другой стороны, то он становился обыкновенным алхимическим знаком…

Могли дети сами нарисовать его друг другу соком бузины? Ведь они часто бывали у Штехлин. София, Петер и остальные могли увидеть символ на сосуде. Но для чего им это делать? Или все-таки знахарка?.. Но это вообще теряло всякий смысл. Зачем ей рисовать на детях символ гематита? Значит, это дети…

Мысли вихрились в голове Магдалены, а лес между тем становился ближе. То, что прежде виделось лишь темно-зеленой линией, мерцавшей в рассветных сумерках, теперь стало линией из берез, елей и буков, которая уже не казалась такой далекой. Магдалена неслась прямо туда. Мужчины сзади приближались, они были уже в десяти шагах от нее. Магдалена слышала их сиплое дыхание. Все ближе и ближе. Один из преследователей на бегу разразился вдруг диким смехом, словно обезумев.

— А неплохо бежишь, палачиха. Здорово сначала погонять кобылицу, а потом уже подкрепиться…

Второй тоже принялся хохотать.

— Ты почти наша, девка. От нас не уйдешь!

Магдалена почти уже добралась до леса. От спасительных деревьев ее теперь отделял только топкий луг. Ноги сразу же по щиколотку утонули в мягкой грязи. Среди верб и берез показались лужи и ямки, в которых скопились остатки еще не растаявшего снега. Вдали слышался рев Леха.