Читаем Дочь Дракулы полностью

Пожалуй, самым лучшим сейчас было бы просто заснуть. Хотя бы попытаться заснуть. Не плакать, не дрожать как осиновый лист, не скрежетать зубами, не мечтать выброситься из окна, а заснуть. Жаль только, что не получается.

Поэтому я просто лежала и лежала с закрытыми глазами, пока не услышала стук. Нет, даже не стук, а какое-то поскрёбывание в дверь. А я ведь даже открыть не могла: дверь заперли и ключ мне никто не предоставил. Потом поскрёбывание сменилось приглушённым бряцаньем ключей, через несколько секунд дверь открылась, и в комнату с керосиновой лампой в руках шагнул Бесник.

– Господарша Нина… – подобострастно прошептал он.

Его глаза маслено блестели, а с губ, казалось, падала слюна. Вот только этого не надо, а? Ну не прямо сейчас, умоляю…

В памяти неожиданно всплыла лекция, которую нам читала преподавательница по ОБЖ. Она определённо была феминисткой и человеком прогрессивных взглядов. Так вот под определёнными моментами, наверно, подписался бы кто угодно. И почему-то на меня это накатило именно сейчас. Я попробую объяснить вкратце.

Быть женщиной в современном мире, в современной России, в современной Европе, – очень сложно. Нет, в Европе чуть полегче, конечно, но всё равно трудно. От тебя требуют совершенно противоположных вещей:

– хранить невинность до брака (иначе шлюха!)

– быть опытной в постели (иначе бревно!)

– рожать в поле кучу детей, причём только естественным путём, никакого вам кесарева сечения и богомерзкого ЭКО, избави бог, ведь у ребёнка не будет души!

– до старости оставаться стройной, красивой и здоровой!

– воспитывать и обучать детей дома самостоятельно!

– работать на работе наравне с мужчиной!

– содержать дом в чистоте!

– не умничать!

– повышать самообразование!

– одеваться скромно и желательно не краситься, не выделяться, чтобы не провоцировать маньяков-насильников!

– одеваться ярко и эффектно, краситься, делать маникюр и укладку, чтобы не быть синим чулком!

…И так далее, и тому подобное, и много чего ещё, предела этому нет и не будет.

Все эти противоречивые пункты собираются в одну охапку, намертво сбиваются духовными скрепами и обывательскими предрассудками, не имеющими ничего общего с реальностью. Виктимблейминг, или в простонародье «самадуравиновата», касается всего, что может внезапно пойти не так в жизни женщины.

Заболел ребёнок? Самадуравиновата, плохая мать. Роды через кесарево? Дуравиновата, никакая ты не мать. Устаёшь на работе? Самадуравиновата, сиди дома и вари мужу борщи. Сидишь дома и варишь борщи? Дуравиновата, иди работай, не загоняй несчастного мужика до инсульта. Мало детей? Дуравиновата, надо рожать, дети – счастье. Много детей? Самадуравиновата, куда столько рожать? Изнасиловали? Самадуравиновата, зачем вызывающе одевалась? Одевалась скромно? Всё равно самадуравиновата, зачем ты ходишь по темноте, по малолюдным местам, по дворам, по паркам, сидишь в кафе, ездишь в такси, заходишь в лифт, не смотришь по сторонам/смотришь по сторонам, дышишь, существуешь. ТЫ ВСЁ РАВНО ВСЕГДА ВИНОВАТА!

И вот сейчас в моей комнате стоял озабоченный румын с керосиновой лампой и томно дышал. Я села в постели и, собственно, уже приготовилась ко всему. Он дождался, когда я останусь одна, собирается напасть и изнасиловать? Конечно, я могла бы убить его.

Но что, если ему на смену придут те уроды с несвежим дыханием и омерзительным видом? А сколько ещё нечисти и нежити может присоединиться к ним? Со всеми я всё равно не справлюсь.

Драгоценный папочка-вампир вряд ли мне поможет. Он и сам предлагал мне стать женщиной с кем-нибудь, хоть с Бесником. Да уж лучше с ним, чем с теми. Хотя лучше умереть! Любая женщина боится изнасилования, особенно когда знает, что в любом случае окажется виноватой в глазах общества.

– Что тебе нужно? Не вздумай ко мне лезть! – как можно более грубо сказала я, стараясь придать себе грозный вид. Какое там! Съёжившаяся на кровати, дрожащая, хрупкая девушка – кого я могу сейчас напугать или остановить?

– Нам нужно уходить, господарша, – внезапно заявил румын.

– Куда уходить? – не сразу поняла я.

– Уходить из замка. Прямо сейчас.

…Охраны в коридоре не было. Как я поняла, об этом тоже позаботился Бесник. Теперь у него не было необходимости завязывать мне глаза, но, откровенно говоря, моё зрение не очень-то мне помогло, то есть дорогу я всё равно не запомнила.

Мы шли быстро и молча, он постоянно тянул меня за руку, сворачивая то влево, то вправо. Иногда потолок был совсем низким, и мне не приходилось наклонять голову только благодаря своему маленькому росту. Но вот мы наконец вышли из узкого коридора прямо под звёздное небо, а потом спустились в деревню и долго шли через неё, стараясь не поднимать шума и не будить спящих собак, так как местные жители не питали ко мне любви.

Когда мы поднялись к тому самому отелю «Дракула», где меня забрасывали помидорами, румын просто вскрыл первую попавшуюся машину, стоящую на парковке, и уже через минуту мы мчались по извилистой дороге в горы.

– Куда мы едем? – спросила я.

– В соседнюю деревню.

– Зачем?