Читаем Добыча полностью

Обзаведясь новым оружием, Саудовская Аравия усилила давление на „Арамко“. Наконец в августе 1950 года компания посмотрела в лицо реальности и начала переговоры о фундаментальном пересмотре концессии. Компания постоянно контактировала с государственным департаментом, который придерживался той точки зрения, что требования Саудовской Аравии надо удовлетворить. В июне 1950 года началась корейская война, и американское правительство все больше беспокоили коммунистическое влияние и советская экспансия на Ближнем Востоке, стабильность в регионе и безопасность доступа к нефти. Нельзя было подпускать к власти в регионе антизападных националистов. Несмотря на потерюдля министерства финансов США, государственный департамент желал получения Саудовской Аравией и другими нефтедобывающими странами региона больших доходов, чтобы удержать прозападные правительства у власти, а недовольство в контролируемых рамках. Особенно важно было сделать все необходимое, чтобы сохранить позиции американских компаний в Саудовской Аравии.

Прошло 12 лет с момента экспроприации Мексикой американских и британских нефтяных компаний. Это стало грозным предостережением. „Если отступление неизбежно, – говорилось в предписании государственного департамента, – то нужно отступить в порядке и извлечь все возможные выгоды для всех заинтересованных сторон“. По словам Джорджа Мак-Ги, помощника государственного секретаря по ближневосточным делам, принцип 50 на 50 стал неизбежностью. „Саудовцы знали, что венесуэльцы получают 50 процентов, говорил он впоследствии. – Почему бы им не хотеть того же?“ На заседании государственного департамента 18 сентября 1950 года Мак-Ги сказал представителям американских нефтяных компаний, действующих за рубежом, что пришло время „получить удар кулаком“.

Оставалось одно затруднение – четыре компании-учредители „Арамко“. Некоторые из них определенно не поддерживали эту идею, в конце концов первоначальные условия концессии специально запрещали подоходный налог. Но на следующем заседании Мак-Ги прямо сказал компаниям-учредителям, что альтернативы нет, а долговременные контракты создают „практическую необходимость обсуждения условий сделки, идя на взаимные уступки“.

Выступая в поддержку принципа 50 на 50, вице-президент „Арамко“ сказал: „С психологической точки зрения эта формула справедлива и будет рассматриваться как таковая и в Саудовской Аравии“. Учредители были переубеждены. 30 декабря 1950 года после сложных переговоров, длившихся месяц, „Арамко“ и Саудовская Аравия подписали новое соглашение, сутью которого был венесуэльский принцип 50 на 50.

Саудовцы были удовлетворены новыми доходами, но оставался еще один очень серьезный вопрос: подпадают ли эти налоговые выплаты под американские налоговые льготы? Фактически их законность не была подтверждена до 1955 года, когда в ходе проверки департаментом налоговых сборов счетов „Арамко“ за 1950 год эти льготы были утверждены. В 1957 году совместная комиссия конгресса по налогообложению также одобрила этот договор, ссылаясь на различные налоговые законы, их юридическую историю, различные юридические решения и указания департамента налоговых сборов для „налогоплательщиков, находящихся в похожих ситуациях“. Позже некоторые утверждали, что правительство США, в частности, Совет национальной безопасности (СНБ), подогнал налоговые законы под необходимость предоставления „Арамко“ права на льготное налогообложение. Но судя по документам, дело обстояло не так. Все было законно.

А тем временем значительная часть доходов переместилась из американской казны в Саудовскую Аравию. В 1949 году американская казна получила от „Арамко“ 43 миллиона, а Саудовская Аравия 39 миллионов долларов. В 1951 году положение дел кардинально изменилось. Саудовская Аравия получила НО миллионов, а США – 6 миллионов долларов6.

Воздействие соглашения между „Арамко“ и Саудовской Аравией на соседние страны не замедлило сказаться. Кувейт настаивал на подобном соглашении, и „Галф ойл“ боялась не откликнуться. „Мы можем проснуться в одно прекрасное утро и обнаружить, что Кувейт нами потерян“, – говорил обеспокоенный председатель „Галф“ полковник Дрейк американским чиновникам. „Галф“ преодолела сопротивление председателя „Англо-иранской нефтяной компании“ сэра Уильяма Фрейзера и заставила согласиться на принцип 50 на 50 в Кувейте (они были партнерами по „Кувейт ойл компани“). Британский департамент налоговых сборов сначала выступил против льгот „Англо-иранской нефтяной компании“, но под давлением других членов правительства согласился одобрить механизм льготного налогообложения. В соседнем Ираке к началу 1952 года также было подписано соглашение по принципу 50 на 50.