Читаем Добыча полностью

Во время обеда 16 февраля Гарольд Икес, ярый поборник правительственного участия, сумел заинтересовать президента Рузвельта вопросом о Саудовской Аравии. „Это, пожалуй, самое большое и богатое нефтяное месторождение во всем мире“, – сказал министр внутренних дел. Англичане пытаются „всеми силами добраться до него“ за счет „Касок“, а они „никогда не упускают возможности дотянуться до нефти“. Именно аргументы Икеса и других правительственных чиновников, а не просьба руководителей нефтяных компаний в конце концов повлияли на Рузвельта. 18 февраля 1943 года через два дня после его обеда с Икесом и через полтора года после его заявления, что Саудовская Аравия „от нас далековата“, президент утвердил помощь по ленд-лизу королю Ибн Сауду. Это было только начало. Вскоре Управление армии и флота по нефти представило свои планы на 1944 год. Серьезная нехватка нефти грозила военным операциям. Беспокойство военных дало сильный дополнительный импульс к сближению с Саудовской Аравией9.

Финансовая помощь дружественному, хотя и не демократическому правительству, даже и замаскированная ленд-лизом – это одно; пытаться завладеть ресурсами иностранного государства, это совсем другое. Но именно это и последовало. Операция была произведена частично от имени „Петролеум резервз коргюрэйшн“. Эта новая правительственная структура финансировалась изобретательным Икесом с целью приобретения иностранных нефтяных ресурсов в собственность. В этом его твердо поддерживали армия и флот. Только государственный департамент держался в тени. Было опасно, как говорил Рузвельту государственный секретарь Халл, давать повод для „новых напряженных дискуссий“. Секретарь напомнил президенту: „Во время многих дискуссий после прошлой войны от запаха нефти можно было задохнуться“.

Целью „Петролеум резервз корпорэйшн“ была Саудовская Аравия. В июне 1943 года в Белом доме Икес встретился с военным министром Генри Стимсоном, министром военно-морского флота Франком Ноксом и с Джеймсом Бернсом, руководившим военной мобилизацией. Они „с тревогой рассмотрели проблемы быстро сокращающихся внутренних запасов“ и согласились, что правительству необходимо „принять долевое участие в высшей степени важных нефтяных месторождениях Саудовской Аравии“. В июле Рузвельт подтвердил это поразительное решение на встрече в Белом доме. „Дискуссия была веселой, короткой и далеко не всеобъемлющей, – сказал один из участников. – Мальчишеская нотка удовольствия сквозила в словах и одобрительных кивках президента, когда речь заходила о ближневосточных странах“. Но был еще один принципиальный вопрос. Какая часть „Касок“ или концессий приобреталась? Одним росчерком пера, сделавшим бы честь самому Джону Рокфеллеру, было решено, что правительственная доля должна быть никак не менее ста процентов!

В августе 1943 года ничего не подозревающие президенты „Тексако“ и „Сокал“. У. Роджерс и Г. Кольер один за другим вошли в кабинет Икеса в министерстве внутренних дел. Они думали, что будут обсуждать объем помощи в обмен на право на дополнительную квоту на саудовскую нефть. Икес выдвинул свое предложение: правительство покупает „Касок“ у „Тексако“ и „Сокал“. Икес заметил не без удовлетворения, что от ошеломляющего предложения у них „буквально перехватило дыхание“. Принадлежащая правительству нефтяная компания, действующая за рубежом, – это совершенно новая неординарная линия в поведении США. Изменится и положение двух заинтересованных частных компаний. Роджерс, представлявший „Тексако“, и Кольер, представлявший „Сокал“, только и могли сказать, что „предложение явилось для них сильным ударом“. Компаниям нужна была помощь, а не поглощение. Как заметил один из участников дискуссии, „отправившись ловить треску, они поймали кита“10.

После дальнейших дискуссий Икес уменьшил долю со 100 процентов до 51 по образцу долевого участия британского правительства в „Англо-иранской нефтяной компании“. Даже название предлагалось образовать по той же модели -“Американо-арабская нефтяная компания“. Но было мнение, что такое название, особенно порядок слов в нем, может не понравиться Ибн Сауду, целью которого было сохранять долю иностранного участия в своем королевстве на минимальном уровне [В 1944 году КАСОК, „Калифорнийско-арабская стандард ойл компани“, которой совместно владели „Стандард оф Калифорния“ и „Тексако“, поменяют свое название, и порядок слов будет другим – „Арабо-американская нефтяная компания“, более известная как „Арамко“.].