Читаем Добриллион полностью

Рядом с бассейном висела табличка про то, что перед купанием в бассейне необходимо принять душ. Женщина в голубом явно не принимала душ уже давно: когда Франк проходил мимо нее на променаде, от нее пахло грязными носками, хотя никаких носков она не носила. По ночам она, скорее всего, спала на какой-нибудь скамейке – а может, под скамейкой.

Пока спасатель бежал к лестнице, Франк заметил Магнуса. Тот сидел посреди толпы, собравшейся у бассейна, – скрестив руки и с широкой усмешкой на лице. Он помахал рукой Франку. Франк не помахал в ответ. Он смотрел на спасателя, который добрался до трамплина на самом верху вышки. Он наверняка посещал курсы, где их учили, как надо действовать в различных ситуациях, которые могут возникнуть на воде. Но сейчас он находился высоко над водой, в паре метров от нищенки, балансировавшей на краю трамплина. Он не приближался, а просто стоял и что-то говорил. Наверняка ему не очень-то хотелось к ней прикасаться, и он пытался уговорить ее прислушаться к голосу разума. Будто пытался подманить ее – или угрожать. Франк часто видел подобные сцены в кино. Персонаж стоит на крыше и собирается спрыгнуть. А потом приходит детектив и начинает его отговаривать. Обычно получается – после того, как один из них, а иногда и оба, немного повисят на водосточном желобе, цепляясь за него лишь кончиками пальцев.

Спасатель медленно двигался к женщине. Он протягивал к ней руку, одновременно говоря что-то гипнотизирующим голосом, словно обращался к испуганному животному. Франк положил руки на перила балкона. Люди вокруг бассейна хранили напряженное молчание. Было так тихо, что Франк оглянулся через плечо посмотреть, не проснулась ли мама от этой тишины.

Когда спасатель подошел слишком близко, женщина спрыгнула с трамплина. Все произошло гораздо быстрее, чем в кино. В кино очень много разговаривают, а тут она просто сгорбилась чуть сильнее – и упала. Но спасатель, как в кино, бросился вперед и успел ухватить ее за одежду. Это замедлило падение. Одно мгновение она висела в воздухе, а голубая ткань затянулась вокруг ее шеи – послышался отвратительный бульк, от которого Франка чуть не вырвало. Толпа закричала, охранник разжал руку, и женщина упала в воду.

Она не всплыла на поверхность сразу. Все остальные, кто прыгал с вышки на глазах у Франка, выныривали практически тут же, но эта женщина довольно долго оставалась под водой, запутавшись в голубой простыне.

– Она тонет! – крикнул Франк с балкона.

Его никто не услышал, потому что все остальные крикнули то же самое – каждый на своем языке. И хотя вокруг бассейна стояло очень много людей, никто ничего не сделал. Ждали спасателя. Он же спасатель! Он должен прыгнуть! Но вместо этого он стоял наверху и глазел – а потом принялся спускаться по лестнице.

Франк пронесся через комнату и выскочил за дверь. Сбежал по лестнице, перелетая через ступени – босыми ногами по ступенькам: скорей, скорей, скорей! В его мозгу вспышкой пронеслось воспоминание с урока естествознания: они смотрели фильм о дятлах и звуках, которые издают дятлы. Все знают, как дятел стучит клювом по стволу дерева – чтобы то ли привлечь других дятлов, то ли, наоборот, отпугнуть. Стук получается очень частый – примерно как звук «р», когда мы замерзли на морозе и говорим: «Бр-р-р-р!». Посмотрев фильм, ученики принялись биться лбом об стену, как дятлы, – не сильно, но очень-очень быстро. Чтобы понять, каково это – быть дятлом. И делали это до тех пор, пока в стену не постучали с другой стороны, из соседнего класса.

Ноги Франка двигались быстро-быстро – как мама взбивает яйца. Или как дятел стучит клювом по дереву, только гораздо тише – как будто он очень стеснительный дятел. Если бы он сейчас упал, наверняка бы расшибся. Он выбежал из дверей на первом этаже, пронесся мимо горшков с цветами, увидел людей, стоявших на краю бассейна и ничего не предпринимавших. Посреди бассейна плавало голубое пятно – простыня африканки. Франк заметил просвет между двумя мужчинами и крикнул: «С дороги!» – но ноги несли его быстрее звука, и он был уже в прыжке, когда мужчины, вздрогнув, расступились.