Читаем Добрая фея полностью

Чарли вежливо улыбнулся. Тимофей Борисович шутил, на самом деле вербовка агента – дело сложное, ответственное и требующее написания множества разнообразных бумаг. А первая вербовка – вообще сложнейший экзамен на профессиональную пригодность, молодого опера на первой вербовке всегда страхуют старшие товарищи.

– Нет, Тимофей Борисович, – сказал Чарли. – Полковник Гриднев из двенадцатого управления, помните такого, вы меня к нему направляли?

– Он сам к тебе приезжал? – удивился Тимофей Борисович. – Что ему надо было?

Чарли пожал плечами.

– Да я сам толком не понял, – сказал он. – С этой анчуткой какие-то заморочки, законтаченный гражданин проходит по какому-то делу, с которым то ли сам Гриднев работает, то ли кто-то из его отдела… А может, и нет никакого дела, может, он самодеятельность проявляет. Он себя очень странно вел, будто не в себе. Расспрашивал, где анчутку держат, можно подумать, он по официальным каналам не может адрес узнать. Мне даже показалось, что он меня завербовать пытался. Может, его анчутка тоже законтачила? Как думаете, Тимофей Борисович?

– Наплюй, – ответил Тимофей Борисович. – Это не наши проблемы, у нас своих дел полно. Будет еще приставать – стукни в собственную безопасность, а пока наплюй. Лучше рапорт доделывай побыстрее.

Чарли вернулся к себе в комнату и стал дописывать рапорт. Как он и обещал, к обеду работа была готова. А в столовой за его столик сел Иван Васильевич.

Чарли не знал, как его фамилия, какое у него звание и, вообще, офицер он или вольнонаемный. Иван Васильевич относился к тому редкому типу сотрудников, которые ценны не тем, какой пост занимают, а тем, что знают и умеют. Иван Васильевич был лучшим специалистом по психологии чужих во всем управлении.

– Игорь Чарский – это вы? – спросил Иван Васильевич, стоя с подносом в руках у стола, за которым сидел Чарли.

– Угу, – кивнул Чарли, пережевывая котлету. Проглотил и сказал, уже более отчетливо: – Садитесь, свободно.

– Спасибо, – сказал Иван Васильевич и сел напротив. Откусил хлеб, съел две ложки супа и, видимо, решил, что можно перейти к деловому разговору.

– Анчутку вчерашнюю ты брал? – спросил он.

Чарли кивнул.

– Я рапорт уже написал, – сказал он. – Тимофею Борисовичу отдал.

– Я уже просмотрел бегло, – сказал Иван Васильевич. – Получается, что при задержании никаких особенностей не было. Правильно?

– Абсолютно, – согласился Чарли. – Все прошло как по маслу, мы, правда, сначала ее чуть не потеряли, но это не из-за ее способностей, просто случайно так вышло.

– Реакция на фентанил была нормальная? – спросил Иван Васильевич. – Может, были какие-то мелкие аномалии, которые показались несущественными?

Чарли напряг память, и некоторое время прокручивал в ней процесс задержания инопланетянки.

– Нет, – сказал он, когда мысленный видеоролик доиграл до конца. – Никаких аномалий, совершенно нормальная реакция.

– По характеристикам следа вокруг места задержания что можешь сказать? Свежий след, старый, она бывала там раньше или в первый раз приехала?

– Не знаю, – пожал плечами Чарли. – Мы тогда на след не смотрели особо, мы на мобильник законтаченного ориентировались, как на маяк. След как след… Пожалуй, скорее свежий, чем старый. Можно проверить по базе, когда там фон замеряли в последний раз…

– Никогда, – оборвал его размышления Иван Васильевич. – Это дальний закоулок большой промзоны, наши патрульные машины не проезжали там ни разу. Ладно, я понял, перейдем к следующему вопросу. Насколько неожиданным были для анчутки ваши действия? Как я понял, вы сидели в засаде, а она сама подошла к вам вплотную. Она что-нибудь почувствовала, как тебе показалось?

– Ничего она не почувствовала, – уверенно сказал Чарли. – Она видела через лобовое стекло меня и Джа… ну, то есть Колю Рутмана, скользнула по нам взглядом и прошла дальше, у нее даже выражение лица не изменилось. А что, думаете, ее свойство связано с ясновидением?

– Это одна из версий, – сказал Иван Васильевич. – Долгого наблюдения за анчуткой не велось, я правильно понял?

– Да, мы ее в первый же день взяли. Кстати, я в рапорте забыл упомянуть, мы в законтаченной квартире жучки поставили, стандартный комплект. Я тогда боялся, что мы ее потеряем…

– Это ты зря забыл, – заметил Иван Васильевич. – Я пришлю человека, скинешь ему коды доступа. По времени какой лимит заложен?

– От двух до четырех суток, – сказал Чарли. – Смотря какая активность будет в квартире. Жучки, они же основную энергию потребляют при записи информации, в режиме ожидания расход почти нулевой.

Чарли немного поколебался и добавил:

– Есть еще одна вещь, которую я не стал упоминать в отчете. Есть такой полковник Гриднев Александр Петрович, начальник отдела из двенадцатого управления, он этой анчуткой очень интересуется.

– Да, знаю, – махнул рукой Иван Васильевич. – Там какая-то мутная история, то ли у законтаченного гражданина бизнес не совсем законный, то ли на периферии его круга общения наш агент маячит… или не наш. Не бери в голову, такое случается. Анчутки к кому попало не цепляются.