Читаем До и после военные годы полностью

До и после военные годы

В книгах этой серии правдивые истории написаны участником Японских сражений Великой Отечественной войны, современником эпохи СССР. Это истории про золотые руки и светлые головы людей того времени.

Геннадий Тихонович Фёдоров , Лана Геннадьевна Сурикова-Камю

Публицистика / Документальное18+

Геннадий Фёдоров

До и после военные годы

Об авторе



Геннадий Тихонович Фёдоров родился 17 января 1926 года в селе Зятьково Панкрушихинского района Алтайского края.



С 8 лет начал работать в бригаде в сеноуборочную пору. Закончил 7 классов с отличием. Сразу после школы пошёл работать учеником токаря. Выполнял очень сложные детали к сенокосилкам, тракторам и автомашинам. К 17 годам – токарь 7 разряда.

17 января 1943 года исполнилось 17 лет, но во время весеннего призыва не был мобилизован в армию из-за брони, так как требовался в совхозе в качестве токаря. И только после весенней посевной и осенней уборочной страды 4 октября 1943 года был призван в ряды Красной Армии.

К тому времени обновлялась авиационная техника. Стране были необходимы грамотные авиационные механики. При наличии хорошего по тем годам образования (7 классов общеобразовательной школы, плюс токарь 7 разряда), был сразу отправлен из Новосибирска в ИВАШАМ (Иркутская Военная Авиационная Школа Авиационных Механиков). В школе было 1500 (полторы тысячи) курсантов – молодых, здоровых ребят со всего Советского Союза. Эту школу тоже закончил с отличием.

Поначалу, как и многие курсанты в школе, писал рапорты на фронт. Всегда приходил отказ. Курсанты решили плохо учиться, чтобы их отправили на фронт. За это отсидел на гауптвахте. После сказанных слов: «Не умеешь – научим, не хочешь – заставим», начал учиться с большим удовольствием.

Считает, что это были самые светлые годы его жизни. Участие в военных действиях – Забайкальский фронт 26 дней. Очень рад, что внёс хоть маленькую долю в дело победы.

С 04 декабря 1943 года по 30 сентября 1953 года: служба в Вооружённых Силах Союза ССР.

1943-1945 год: ИВАШАМ – Иркутская Военно-Авиационная Школа Авиационных Механиков.

08.09.1945 – 30.09.1945 год: Забайкальский фронт – участие в Японских сражениях.

1950 год: Харьковское высшее инженерно-авиационное военное училище по специальности «авиационный техник».

1950-1953 годы: Германия – начальник ПАРМ (Полевая авиационно-ремонтная мастерская).

1953-1957 год: Новосибирское музыкальное училище по классу «хоровое дирижирование».

1957 год: преподаватель муз. грамоты и муз. литературы в музыкальных школах, дирижёр самодеятельных хоровых коллективов в районных центрах Новосибирской области.

1969 год: Московский институт культуры – факультет хорового дирижирования, г. Москва.

1975-1977 год: Университет марксизма-ленинизма – Высшая партийная школа, г. Новосибирск – получил высшее политическое образование в системе партийной учёбы.

Рашпиль

Перейти на страницу:

Похожие книги

Целительница из другого мира
Целительница из другого мира

Я попала в другой мир. Я – попаданка. И скажу вам честно, нет в этом ничего прекрасного. Это не забавное приключение. Это чужая непонятная реальность с кучей проблем, доставшихся мне от погибшей дочери графа, как две капли похожей на меня. Как вышло, что я перенеслась в другой мир? Без понятия. Самой хотелось бы знать. Но пока это не самый насущный вопрос. Во мне пробудился редкий, можно сказать, уникальный для этого мира дар. Дар целительства. С одной стороны, это очень хорошо. Ведь благодаря тому, что я стала одаренной, ненавистный граф Белфрад, чьей дочерью меня все считают, больше не может решать мою судьбу. С другой, моя судьба теперь в руках короля, который желает выдать меня замуж за своего племянника. Выходить замуж, тем более за незнакомца, пусть и очень привлекательного, желания нет. Впрочем, как и выбора.

Лидия Андрианова , Лидия Сергеевна Андрианова

Публицистика / Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Попаданцы / Любовно-фантастические романы / Романы
Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
Славянский разлом. Украинско-польское иго в России
Славянский разлом. Украинско-польское иго в России

Почему центром всей российской истории принято считать Киев и юго-западные княжества? По чьей воле не менее древний Север (Новгород, Псков, Смоленск, Рязань) или Поволжье считаются как бы второсортными? В этой книге с беспощадной ясностью показано, по какой причине вся отечественная история изложена исключительно с прозападных, южно-славянских и польских позиций. Факты, собранные здесь, свидетельствуют, что речь идёт не о стечении обстоятельств, а о целенаправленной многовековой оккупации России, о тотальном духовно-религиозном диктате полонизированной публики, умело прикрывающей своё господство. Именно её представители, ставшие главной опорой романовского трона, сконструировали государственно-религиозный каркас, до сего дня блокирующий память нашего населения. Различные немцы и прочие, обильно хлынувшие в элиту со времён Петра I, лишь подправляли здание, возведённое не ими. Данная книга явится откровением для многих, поскольку слишком уж непривычен предлагаемый исторический ракурс.

Александр Владимирович Пыжиков

Публицистика