Читаем Дневник Тернера полностью

В Вашингтоне я уже целую неделю, но только сейчас выкроил время записать, как все было. После нашего лихорадочного путешествия по стране мы провели несколько не менее лихорадочных дней, размещая две из наших бомб. И последняя ночь стала первой после моего ночного приезда, когда мне никуда не надо было бежать и я смог побыть наедине с Кэтрин до самого утра. А завтра опять надо заниматься бомбой. Сейчас же только дневник. Наше путешествие из Калифорнии в Вашингтон было словно дурацкое кино. Хотя все события еще свежи в моей памяти, мне с трудом верится, что они происходили на самом деле. Страна до того изменилась за последние девять недель, что мы как будто завели машину времени и попали в совершенно другую эпоху – в эпоху, когда все прежние правила, заученные нами назубок в течение жизни, перестали существовать, К счастью, не только мы, но и все остальные пребывают в полной растерянности.

Я удивился тому, с какой легкостью нам удалось пересечь границу нашего анклава. Вражеские войска концентрируются в нескольких местах вдоль главных магистралей, да дополнительные небольшие группы стоят на блокпостах на других дорогах. Эти группы совсем не занимаются патрулированием, и проскочить мимо них не составляет никакого труда – вот почему так много Белых беженцев сумели просочиться на нашу территорию после Четвертого июля. На военном грузовике мы ехали на север до Бейкерсфилда, потом еще двадцать миль на северо-восток, пока в полумиле от нас не оказался блокпост с Не. Мы видели их, и они видели нас, однако даже не попытались воспрепятствовать нам, когда мы съехали с главной дороги наухабистый тракт Службы Леей: И вот мы у подножия горной цепи. Примерно час прыгаем на крутой, но проезжей горной дороге, после чего опять спускаемся на шоссе – к счастью, оставив позади блокпост, но уже прилично углубившись во вражескую территорию. В горах мы не очень боялись ненужных встреч; нам было известно, что войска, лояльные Системе, концентрируются возле Чайна-Лейк, на другой стороне горной гряды, а мы собирались, не доезжая, повернуть на север на шоссе 395. В случае, если бы в обратном направлении, в сторону блокпоста возле Бейкерсфилда, ехал снабженческий грузовик, мы бы попросту сбросили его с узкой горной дороги, прежде чем солдаты догадались бы, что мы «враги». Мы пятеро держали наготове наши автоматы, и еще у нас были гранатометы, но нам не встретилась ни одна машина.

Однако мы знали, что, несмотря на неестественное отсутствие транспорта в горах, интенсивное движение будет на шоссе 395, главной магистрали, соединяющей север с югом, к востоку от гор. Наша разведка смогла дать нам лишь общее представление о размещении войск в этом радиусе, и мы понятия не имели, какие блокпосты и другие контрольные пункты ждут нас дальше. Однако нам было известно, что в приграничных районах войска Системы лишь на десять процентов состояли из Белых солдат. Система постепенно восстанавливала доверие к Белым частям, но пока еще не осмеливалась использовать их на границе, где они могли поддаться искушению и перейти к нам. К немногим Белым в этом регионе, хотя и убежденным сторонникам ассимиляции, Не относились подозрительно и с презрением, которое они заслужили.

От наших разведчиков поступили донесения о нескольких случаях, когда эти Белые ренегаты подвергались унизительным оскорблениям со стороны своих Черных сослуживцев.

Принимая это во внимание, мы решили, что у нас будет больше шансов прорваться сквозь заграждения, если мы притворимся не-Белыми. Пришлось подтемнить кожу на лице и руках, и прицепить карточку с соответствующим именем на солдатскую форму.

У нас была надежда сойти за метисов – по крайней мере, пока не встретим настоящих Чикано. Четыре дня я был «Езусом Гарсией». Наш шофер, «капрал Родригез», отлично играл свою роль, салютуя левой рукой, сжатой в кулак, и белозубо улыбаясь каждый раз, едва показывалась очередная праздная группа Черных солдат на дороге, и в двух случаях, когда нас остановили на блокпостах. Мы предусмотрительно настроили наш транзистор на мексиканскую волну и включали на полную мощь душещипательные песни Чикано, как только подъезжали поближе к солдатам.

Один раз, когда мам понадобилось заправить машину, у нас появилось недолгое искушение сделать это на военной заправке, однако, увидев длинную очередь из грузовиков и лениво бродивших кругом Не, мы решили не рисковать. Вместо этого мы остановились на заправочной станции с ресторанчиком в тени торы Уитни. Нам показалось, что там никого нет, поэтому двое из нас занялись бензином, а я с остальными отправился в ресторан посмотреть, нельзя ли там разжиться какой-никакой едой в дорогу.

В ресторане за столиком, уставленным пустыми бутылками и стаканами, сидели четыре довольно пьяных солдата. Трое – Не и один – Белый. – “Есть тут кто-нибудь взять деньги за бензин и еду?» – спросил я.

– Никого нет, приятель, бери, что хочешь. Уже три дня, как мы прогнали хозяев, – отозвался один из Не.