Гном кое-как пришел в себя. Садится, тяжело дышит, ожоги болят. Плюс у него, кажется, начинается лихорадка. Ну вот, опять двадцать пять. Делаю разрез его топором на запястье, пытаюсь заставить пить свою кровь. Отворачивается, зараза. Говорит, что не вампир и пить эту дрянь не будет.

Намекаю, какой дряни он уже нахлебался вдоволь. Его, кажется, опять мутит.

Блин!!! Да пей же, твое маха!

Пьет. Судорожно. Глотает. Вот и молодец. Устало сращиваю края раны. Не хватало еше инфекцию подцепить.

Бив тихо сказал, что ему немного легче.

Очень, так сказать, рад.

Кровопийца.

Среда

11:18

Куда-то идем. Мне плохо. Очень хочется пить. И есть. Но пить больше. Рядом течет целая река… наполненная отходами. Такое выпьешь — не то что котеночком… вообще коньки отбросишь.

Бив упал. Опять. Устало его пинаю. У лилипутов шаг маленький, вот и идем долго. А я не железный — столько заклинание роста поддерживать.

Не встает. Странно.

Наклоняюсь. Что-то говорит. Сует в руку перемазанное колечко. Чего это он?

Сказал, что я должен его бросить и передать кольцо Роксане. Это та, которая из монастыря? Блин, да у него все бинты на груди в крови. Ну и что мне делать?

Пытаюсь его поднять. Смотрит грустно и спокойно. И впрямь помирать собрался. А позади еще и шебуршание какое-то последние два часа раздается. Крысы, что ли?

Гном упорно не встает. Намекаю, что его сожрут. Бредит. Что-то про Роксану и ее обещание.

Хочется выть, ругаться и плакать. И ведь не должен ему ничего. Так какого хрена?!

Кое-как забрасываю его руки себе на плечи. Сажаю тяжелое тело на закорки и пытаюсь встать. Блин! Тяжелый. Очень. А мне и так фигово. Уже перед глазами плывет. Да он меня еще недавно подставить хотел. Он мне вообще никто. Я ничего… ему… не… должен!

Каждый шаг отдастся болью во всем теле. Магия крови выгорает, как бумага в камине. Бумаги хоть и много, как и крови, а вот выгорает и впрямь быстро. Еще и это заклинание роста.

Ведь сдохну. Факт. Внутри снова просыпается что-то мелкое и зубастое. Кусается. Приказывает бросить идиота и спасаться самому.

Понял, что я еще и страшно упрям. Теперь из чистой вредности не брошу. А эту гадину зубастую вспомню и удушу на хрен!

15:23

Все слилось в сплошной кошмар. Сзади по пятам следуют огромные, с меня ростом, чудовища. С алыми глазами и подпалинами от моих фаеров на шкуре. Крысы. Ненавижу.

Каждый шаг дается со страшным трудом. Ноги Бива постоянно выскальзывают из трясущихся рук, да и сам он не особо пытается удержаться. Бредит. Без сознания. Хорошо устроился, твою…

Магия близка к нулю. Еще немного. Еще… чу-чуть…

Мне бы только. Мне бы… только…

(Большое пятно от пролитых чернил… — Примеч. автора дневника.)

Пятница

13:23

Кажется… дополз.

17:43

Вода? Недалеко. Где? Пить…

18:11

Лежу, полностью погрузившись в воду какой-то реки. Рост — прежний. Заклинание давно перестало действовать. Вокруг лес, вода — чистая и холодная. Силы упорно восстанавливаются. Магические. Но если бы не река — точно бы сдох.

18:45

Подошел к валяющемуся у конца сточной трубы Биву. Грязный… почти не дышит. Температура под сорок. Даже не помню, как я его вытащил. Кажется, последние сантиметры полз, вцепившись одной рукой ему за шкирку. Кажется… Волоку его к реке. За ноги.

Швыряю в воду. Устало проецирую на воду заклинание лечения. Если не утопнет — всплывет сам.

Падаю на спину. Закрываю глаза. Все, что мог — сделал.

Спать.

Суббота

04:12

Мм… какой приятный запах. И тепло. Костер? Вроде бы не разводил. Жрать охота зверски.

Открываю глаза. Сажусь. Рядом горит огонь. На самодельном вертеле жарится мясо. А неподалеку сидит Бив и потрошит второго по счету зайца.

Кое-как встаю. Подхожу. Мне молча дают первые куски мяса. Не прожарено до конца. Но сейчас, чесслово, все равно.

Сажусь напротив. Ем. Мм… кайф! Пупс бы сейчас… кстати, а где Пупс?

Ловлю мысленно разум дракона. Мечется над городом, орет. Ищет. Объясняю, где я, прошу найти Пупса. Счастливая мыслеволна чуть не раскалывает череп. Матерюсь, еще раз напоминая про Пупса.

…

— Зачем?

Удивленно поднимаю голову.

— Зачем ты меня вытащил? Сам ведь чуть не умер. А что, если бы выход был еще в дне пути?

Ежусь. Тогда бы точно не дополз. Хотя… я парень крепкий. Кто знает…

Бив смотрит пытливо. В маленьких глазах, выглядывающих из-под густых бровей, спрятано какое-то странное чувство. Никак не могу разобрать, что это. Но точно не благодарность.

— Захотелось. — С трудом проглатываю куски горячего мяса.

— Ты… странный. Маг.

Усмехаюсь:

— Верно. Маг. А нам положено быть странными.

Мне протягивают руку. Непонимающе на нее смотрю.

— Предлагаю дружбу. — И вид такой, будто как минимум предлагают совместно покончить жизнь самоубийством.

Осторожно жму руку жирными пальцами. Ответное рукопожатие крепкое, мужское. У меня что-то хрустнуло, мужественно улыбаюсь, стараясь не орать благим матом.

— Пойдем вместе к монастырю. Освободим Роксану. Согласен? Друг.