Читаем Дневник Гуантанамо полностью

2003–2004 гг. Работая с Мохаммедом, Служба разведки США использует «план специального допроса», который лично одобрил министр обороны Дональд Рамсфелд. Пытки Мохаммеда включают месяцы изоляции, разнообразные физические, психологические и сексуальные унижения, угрозы смерти и угрозы его семье, фиктивное похищение и экстрадицию.


3 марта 2005 г. Мохаммед пишет заявление о пересмотре его обвинения в причастности к теракту с постановлением «Хабеас Корпус»[2].


Лето 2005 г. Мохаммед пишет 466 страниц дневника, которые впоследствии станут этой книгой, в своем карцере в Гуантанамо.


12 июня 2008 г. Верховный суд США постановляет, что заключенные в Гуантанамо имеют право оспорить свое содержание под стражей по постановлению «Хабеас Корпус».


Август-декабрь 2009 г. Окружной судья Джеймс Робертсон рассматривает заявление Мохаммеда.


22 марта 2010 г. Судья Робертсон одобряет заявление и приказывает отпустить Мохаммеда из Гуантанамо.


26 марта 2010 г. Администрация президента Обамы подает апелляцию.


5 ноября 2010 г. Апелляционный суд округа Колумбия отправляет дело Мохаммеда с постановлением «Хабеас Корпус» обратно в Федеральный окружной суд США на повторное слушание. В Федеральном окружном суде делу суждено томиться годами.


20 января 2015 г. «Дневник Гуантанамо» издается в Соединенных Штатах, в Великобритании и еще семи странах. Издатели в 19 других странах выпускают переводы этой книги в течение следующих двух лет.


2 июня 2016 г. Мохаммед предстает перед Комиссией по периодическому пересмотру.


14 июля 2016 г. Комиссия заключает, что пребывание Мохаммеда в Гуантанамо «более не имеет необходимости вопреки тому, что сохраняется значительная угроза безопасности Соединенных Штатов».


16 октября 2016 г. Мохаммед освобожден из Гуантанамо. Так же, как и 14 лет назад, во время полета он закован в наручники, на него надеты наушники, завязаны глаза.


17 октября 2016 г. Военный самолет приземляется в аэропорту Нуакшота в Мавритании в два часа дня. Спустя несколько часов Мохаммед воссоединяется с семьей.

Примечания редактора Ларри Симса к тексту и комментарии

к восстановленному изданию

В конце примечаний, заметок и комментариев к первому изданию «Дневника Гуантанамо» я писал:

Так много трудностей с работой над этой книгой связано с тем фактом, что правительство Соединенных Штатов продолжает держать оригинальную рукопись под цензурой. В связи с этим автор не может принимать участие в редактировании книги. С нетерпением жду дня, когда Мохаммеда ульд Слахи освободят, и мы сможем ознакомиться с его историей так, как ее рассказал бы он лично.

Этот день настал, и мы можем ознакомиться с этим изданием.

16 октября 2016 года, спустя 5445 дней после того, как Мохаммед отправился в мавританский полицейский участок для допроса и бесследно исчез, его выпустили из Гуантанамо и доставили в родной город Нуакшот. Через несколько часов мы разговаривали с ним по видеосвязи – тогда мы общались впервые. Через несколько недель мы встретились лично в аэропорту Нуакшота.

С тех пор, к моему превеликому удовольствию, мы общаемся почти каждый день с помощью электронной почты, Skype, WhatsApp и SMS. Большая часть времени потрачена на работу над этим изданием «Дневника Гуантанамо». Это доказывает, что надежда, которую я выражал в своих первых заметках, была не напрасна. Теперь у нас есть возможность дополнить книгу тем, что написал Мохаммед с момента своего освобождения. Со всей ясностью и ответственностью перед читателями мы избавляем оригинальные записи от жестких ограничений, обусловленных цензурой.

Во введении к новому изданию Мохаммед объясняет, что мы отнеслись к редактированию как к реставрации какого-то древнего здания или поврежденной картины.

Если бы у нас был доступ к оригинальным нецензурированным рукописям, нам достаточно было бы заполнить текстом пропуски. Но даже это потребовало бы от нас неимоверных усилий, ведь было очень сложно прочувствовать, что нужно добавить, отредактировать или дополнить в нетронутом тексте. Порой было сложно подобрать подходящие фразы и выражения.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Когда смерть становится жизнью. Будни врача-трансплантолога
Когда смерть становится жизнью. Будни врача-трансплантолога

Джошуа Мезрич проливает свет на одно из самых важных, удивительных и внушающих благоговение достижений современной медицины: пересадку органов от человека к человеку. В этой глубоко личной и необыкновенно трогательной книге он освещает удивительную сферу трансплантологии, позволяющей чудесам случаться ежедневно, а также рассказывает о невероятных врачах, донорах и пациентах, которые стоят в центре этого практически невообразимого мира.Автор приглашает нас в операционную и демонстрирует удивительный процесс трансплантации органов: изысканный, но динамичный танец, требующий четкого распределения времени, впечатляющих навыков и иногда творческой импровизации. Большинство врачей борются со смертью, но трансплантологи получают от смерти выгоду. Мезрич говорит о том, как он благодарен за привилегию быть частью невероятного обмена между живыми и мертвыми.

Джошуа Мезрич

Биографии и Мемуары / Публицистика / Зарубежная публицистика / Медицина и здоровье / Документальное
На 100 лет вперед. Искусство долгосрочного мышления, или Как человечество разучилось думать о будущем
На 100 лет вперед. Искусство долгосрочного мышления, или Как человечество разучилось думать о будущем

Мы живем в эпоху сиюминутных потребностей и краткосрочного мышления. Глобальные корпорации готовы на все, чтобы удовлетворить растущие запросы акционеров, природные ресурсы расходуются с невиданной быстротой, а политики обсуждают применение ядерного оружия. А что останется нашим потомкам? Не абстрактным будущим поколениям, а нашим внукам и правнукам? Оставим ли мы им безопасный, удобный мир или безжизненное пепелище? В своей книге философ и социолог Роман Кржнарик объясняет, как добиться, чтобы будущие поколения могли считать нас хорошими предками, установить личную эмпатическую связь с людьми, с которыми нам, возможно, не суждено встретиться и чью жизнь мы едва ли можем себе представить. Он предлагает шесть концептуальных и практических способов развития долгосрочного мышления, составляющих основу для создания нового, более осознанного миропорядка, который открывает путь культуре дальних временных горизонтов и ответственности за будущее. И хотя вряд ли читатель сможет повлиять на судьбу всего человечества, но вклад в хорошее будущее для наших потомков может сделать каждый.«Политики разучились видеть дальше ближайших выборов, опроса общественного мнения или даже твита. Компании стали рабами квартальных отчетов и жертвами непрекращающегося давления со стороны акционеров, которых не интересует ничего, кроме роста капитализации. Спекулятивные рынки под управлением миллисекундных алгоритмов надуваются и лопаются, словно мыльные пузыри. За столом глобальных переговоров каждая нация отстаивает собственные интересы, в то время как планета горит, а темпы исчезновения с лица Земли биологических видов возрастают. Культура мгновенного результата заставляет нас увлекаться фастфудом, обмениваться короткими текстовыми сообщениями и жать на кнопку «Купить сейчас». «Великий парадокс нынешнего времени, – пишет антрополог Мэри Кэтрин Бейтсон, – заключается в том, что на фоне роста продолжительности человеческой жизни наши мысли стали заметно короче».«Смартфоны, по сути, стали новой, продвинутой версией фабричных часов, забрав у нас время, которым мы распоряжались сами, и предложив взамен непрерывный поток развлекательной информации, рекламы и сфабрикованных новостей. Вся индустрия цифрового отвлечения построена на том, чтобы как можно хитрее подобраться к древнему животному мозгу пользователя: мы навостряем уши, заслышав звук оповещения мессенджера, наше внимание переключается на видео, мелькнувшее на периферии экрана, поскольку оно порождает чувство предвкушения, запускающее дофаминовый цикл. Соцсети – это Павлов, а мы, соответственно, – собаки».Для когоДля все тех, кому небезразлично, что останется после нас.

Роман Кржнарик

Обществознание, социология / Зарубежная публицистика / Документальное