Читаем Дневник дрянной девчонки полностью

В тот вечер, после квартиры, я вернулась домой и думала, что повешусь. Разочарование, чувство вины перед Ангелом, унижение. Толика я не хотела больше видеть никогда. Залезла в ванну и долго отмывалась от гадливости к самой себе. Хотелось засунуть душ внутрь и хорошенько там все вымыть. Я рыдала от осознания предательства первых настоящих отношений в своей жизни. Так долго искать искренность и чистоту, а найдя, все замарать. Я сама оказалась фальшивкой, человеком, проживающим два чувства одновременно, неискренней, похотливой пустышкой, ставящей сексуальные цели на первое место. Странно все обернулось. Я не скупилась на критику своих бывших парней, так ясно видела их недостатки, мечтала об отношениях без двуличия и игр, не задумываясь, что сама могу оказаться их недостойна. Я, именно я способна все испортить, и не над чем будет рассуждать, теоретизировать, некого винить. Ангел не знает о Толике. Я хотела однажды ему рассказать, еще после первого обеда в "Букве", до того, как появилась осознаваемая возможность физического контакта. Переполненная новыми чувствами, я посчитала недостойным утаивать их, собиралась поступить по отношению к Ангелу честно, так, как он того заслуживает. Речь шла о том, что мне нравится другой мужчина, и я ему, возможно, тоже, что если он проявит инициативу в дальнейшем развитии наших отношений, я буду не против. Как-то так, в общих чертах, выбирая нейтральные слова, я хотела посвятить Ангела в перемены, произошедшие в моей жизни, обходя стороной вопрос о том, изменилось ли мое к нему отношение. Я и сама этого не понимала. Тогда я жила Толиком и новизна чувств к последнему, делала их более яркими, затмевала любовь к Ангелу, но убивала ли ее? И только закончив свое размытое повествование о другом мужчине, я поняла ответ на этот вопрос. Ангелу было больно, он сильно огорчился, сник и не поднимал на меня своих глаз. Тогда я поняла, насколько же сильно люблю его, я испугалась, что могу причинить своему родному человечку боль, мне было страшно терять его, хотелось крепко и надолго обнять, утешить, убедить, что все сказанное ранее — ерунда, только он для меня имеет значение. Так я и сделала. Но чувства к Толику не прошли, остались фантазии, страсть к обладанию им, желание узнать его ближе. И в этом направлении события продолжали развиваться, как именно, тебе уже известно. Так, незаметно, получились у меня в жизни параллельные, никак друг с другом не связанные, каждые по своему сильные, линии отношений.

Убиваясь тем вечером мерзкими чувствами, ощущением своей испачканности, низости, греховности, я решила ничего не говорить Ангелу. Мысль о том, что он никогда не узнает о моей измене, не посмотрит на меня с той стороны, с которой смотрю на себя сейчас я, не почувствует того же отвращения, меня спасла, только она. Я не сделаю ему больно, не разочарую, не потеряю его любовь. Никогда! И ничего не рассказав, я продолжила любить Ангела, как будто ничего не произошло.

Но, вернемся к Толику. Парадоксальным образом, очень скоро, мое восприятие этого вечера нормализовалось. Отчасти из-за хорошего к нему отношения, частично из жалости, мне захотелось сделать вид, что секс превзошел мои ожидания, и я жажду повторения. Я посчитала своим долгом дать ему понять, что он доставил мне удовольствие. Зачем-то. Но Толик мне больше не звонил и не писал, на мои сообщения отвечал через раз, и во мне взыграло самолюбие. Со мной так нельзя! Очень уж не хотелось думать, что меня трахнули и забыли, поэтому я продолжала периодические попытки связаться с ним, чтобы убедиться в таком же хорошем как раньше отношении к себе. Но желаемой цели достичь не удавалось, я лишь глубже втаптывалась в грязь в своих глазах и, полагаю, в его тоже.

Сейчас мое восприятие случившегося находится вот на какой стадии объективности. В оценке ситуации, стоит остановиться на том, что я получила, чего хотела, добилась недоступного препода. То, что в последующем НЕ произошло, и не должно было произойти. Хорошо, что я являюсь носителем не только своего опыта, а и опыта своих подруг. Катюхе в жизни не раз попадались такие мужики, которые внешне очень яркие, и продолжают порошить глаза блестками до самого последнего момента, но в постели оказываются несостоятельными. Не совсем такими, какими сами бы хотели себя видеть, и совсем не такими, какими ожидала увидеть их Катя. В подобной ситуации, она вела себя как я: чувствовала жалость и желание убедить его в том, что он все-таки классный, тем самым став для него кем-то особенным. Но ее стремление не приводило к цели никогда, она только делала отношения унизительными для себя. Как хорошо это было видно со стороны, и как не сразу я осознала это, оказавшись на ее месте. Такие мужчины не в состоянии дать больше, чем первоначальное головокружительное впечатление от общения и сладостное ожидание близости. Секс с ними разочаровывает и после него они неизменно исчезают, страшась быть окончательно уличенными в своей несостоятельности.